Конкурс убийц

 – Так вот, они сказали, что слышали, как вы вчера вечером ссорились с мужем. Они как раз вышли в коридор, чтобы идти в кино, и утверждают, что дверь в ваш номер была приоткрыта, и они ясно слышали раздраженные голоса. Повышенные тона, обвинения и все такое…

– И что, были какие-то угрозы со стороны Ольги Михайловны мужу? – не вытерпев, поинтересовался Лев Иванович.

– Нет, угроз они не слышали, – честно ответил Пятаков и положил в рот оставшуюся половинку конфеты.

Его пальцы были испачканы шоколадом, и он оглянулся в поисках салфетки.

Маша, зорко следившая за всеми его действиями, тотчас же подала ему влажную салфетку.

– М-да, спасибо, – кивнул Пятаков. – Угроз не было. Но ведь мы с вами, – он посмотрел на Гурова, – и так знаем, что не обязательно угрожать кому-то, прежде чем… Кхм. Давайте сделаем так. – Оперативник немного помолчал и, по всей видимости, пришел к какому-то решению. – Давайте сделаем так. Вы, Ольга Михайловна, сейчас проедете с нами в отделение, и мы с вами еще раз подробно и под протокол обо всем поговорим.

А вот что с вами будет дальше, буду решать уже не я, а следователь. И, может быть, даже суд.

– Суд? – Глаза Ольги вдруг стали такими большими, что Лев Иванович подумал, что таких больших глаз он еще ни у кого не видел. – Но как же! Почему суд?! Ведь я не виновата. Лев Иванович, Маша, что же мне делать-то?..

Кирьянова встала с кресла, а потом, словно надломленная, тяжким грузом упала в него снова, и разрыдалась так горестно и безнадежно, что даже Пятаков поморщился.

Но не оттого, что ему было неприятно слушать рыдания женщины, как он потом уже, много позже, объяснил Гурову, а потому, что он хотя и привык за время своей службы к подобным сценам, но всегда воспринимал их слишком уж близко к сердцу. Особенно если чувствовал искренность в слезах невольных подозреваемых.

– Оля, не плачь, – обняла Кирьянову за плечи Мария и строго, даже с упреком, посмотрела на Пятакова.

 – Тебя еще никто ни в чем не обвиняет. Все образуется. Проведут экспертизу, которая докажет твою невиновность. Ты ведь не брала этот пистолет в руки?

– Нет, я только увидела его в сумочке и сразу же ее отбросила, – всхлипывая, ответила Ольга и вытерла нос салфеткой, которую ей протянула Мария.

– Ну, вот видишь, все будет нормально.

Пятаков встал, давая понять, что он должен идти, а заодно и увести Кирьянову.