Конкурс убийц

У нас долгое время были общие друзья. Знаете, одна такая веселая студенческая компания. А потом жизнь на какое-то время нас развела. Встретились мы с ним снова, только когда вышел его первый роман. Кирьянов был по жизни философом, таким и остался, – улыбнулась Реус воспоминаниям. – С одной стороны, это был очень компанейский человек, а с другой – капризный и амбициозный. Впрочем, для журналиста и писателя это необходимое качество, – со значительным видом уточнила Ирина Яковлевна.

– И в чем заключались его капризы? – поинтересовался Станислав.

– Евгений не любил, когда ему перечат, терпеть не мог тех, кто не был с ним согласен по какому-либо поводу, – со вздохом ответила писательница. – Он был вспыльчивым и в молодости. Правда, с появлением в его жизни Ольги, как я это заметила, он стал спокойней и уравновешенней. Но все равно не любил, когда на него давили и заставляли делать то, чего он не хочет.

– Например, давать премию кому-то, кто ему не нравился, – подсказал Лев Иванович.

– И это в том числе, – спокойно ответила Ирина Яковлевна и добавила: – Поэтому-то его и не любили в Союзе, хотя и ценили за его талант.

– Кстати о таланте, – заинтересованно наклонился ближе к писательнице Лев Иванович. – По словам Голубева, первая книга Кирьянова вышла тринадцать лет назад. Не поздно ли для писательской карьеры? На момент выхода книги ему было… сорок три?

– Да, именно так – сорок три года, – согласилась Реус. – Но, если вы думаете, что сорок три года для писателя – это слишком поздно, я вам отвечу.

В истории литературы есть ярчайшие примеры того, что стать знаменитым не поздно ни в каком возрасте. Например, Брем Стокер опубликовал свой первый роман о графе Дракуле, когда ему было пятьдесят, а первую книгу Толкина о Хоббите напечатали, когда автору уже было сорок пять лет. Опять же…

– Хорошо-хорошо, я уже понял, – с улыбкой произнес Лев Иванович, останавливая Реус. – А после первой книги – сколько еще замечательных книг вышло из-под пера вашего мэтра?

– Еще две, – заерзала в кресле Ирина Яковлевна.

 – Но они не были столь великолепны, как первый роман, – нехотя добавила она. – По мнению критиков, так и вовсе были посредственными, хотя и хорошо написанными в смысле построения сюжета.

– А что в них не понравилось критикам? – заинтересовался Крячко.

– Сами сюжеты произведений посчитали слишком банальными и избитыми. Не оригинальными. В отличие от первого романа.