Я подчиняю

Он сказал это так ласково и по-свойски, что я вернулась в те времена, когда засыпала наивной девчонкой в его объятиях с верой в нашу любовь.

Это было всего полгода назад. Не верилось.

Приоткрыла глаза, вглядываясь в его лицо. Сеточка морщинок под глазами, символизирующая о недосыпе и недостатке отдыха… Уголки губ чуть уехали вниз. Усталость.

Но тьма в глазах бесновалась с задором, проявляя мальчишескую натуру.

– Я решил поводить ее по городу, чтобы не огорчать, а потом отделался, отправив на такси домой.

А она завалилась ко мне в стельку пьяная. Когда только успела? Адрес непонятно, где узнала.

Наш первый диалог за месяц. Его первая задержка за месяц после секса.

В пору в календаре даты кружком обводить.

– Я не изменял тебе, – проговорил он искренне. – Ни разу. И в мыслях не было даже. Пока… Пока…

"Пока ты не изменила мне" – читалось в его глазах.

Я ему поверила. Нет предпосылок, чтобы не верить. Не хотел бы – тему бы даже не завел.

Но, даже если бы не поверила, ничего бы не изменилось.

Нет безмерной радости. Ну, не изменял. Хорошо. Изменял б, было б тоже нормально.

– Зачем ты мне это говоришь? – уточнила с опаской.

Не начнет же он снова излюбленную тему про его верность и мою неверность. А то сразу встану и выпровожу его. Даже слушать не буду! Хватило мне уже его заунывных речей на век вперед.

Где-то я была готова идти на уступки, где мои интересы соприкасались с конечной целью. Но не здесь.

– Просто. Только сейчас понимаю, что именно ты испытывала ко мне тогда.

Я думал, что это эгоизм, а оказалось ревностью, – проговорил он задумчиво, замирая взглядом на картине на стене.

Замолчал. И я не говорила лишнего.

Переваривала услышанное, понимая, как сильно изменила Кира моя измена.

Даже не понять, в хорошую сторону или нет. Его сильная чувствительность теперь лилась через край, затапливая всю округу, и меня, в том числе.

– Чем ты занималась все это время? – перевел он тему.

Неотрывно смотрели друг на друга, пока я не отвела взгляд.

– О чем ты?

Повернулась на бок. Его пальцы тут же начали щекотать мой сосок.

– Что делала без меня? Думала ли обо мне?

Он спросил это нарочито небрежно, скрывая от меня свои глубинные мысли… Но я уже знала его, как облупленного.

Мог бы – давно бы ушел и забыл обо мне, как о страшном сне.

Я вскинула голову, только сейчас замечая его новый образ.

Побрился. Надо же. И не только. Оглядела его снова. Постригся. И пах приятно. Ожил.