Джареф. Кровь. Цикл Мемуары Бога

] зовут! Скорее всего, ты купил себе звание? – в глазах женщины сквозило отвращение. – Будь моя воля, я бы не взялась за такую работу. Ты омерзителен, кровосос.

Женщина вновь повернулась к котлу. Ее плавные движения не гармонировали с высказыванием или она лгала, или хорошо владела собой.

– Пей! – деревянная чаша очутилась в моих руках. Только сейчас, я заметил, что мои руки скованы кандалами, из-под которых выглядывали красные пятна новой кожи. Цепь тянулась далеко в сторону и крепилась в углу каменной стены, у деревянной кровати с соломенным матрацем и шкурой серого волка.

Варево в посудине было цвета… Какого цвета? Паника поднялась во мне, сердце гулко забилось в груди.

– Я… не различаю цвета! – расшатанная психика не желала подчиняться воле.

– О, мои соболезнования, – усмехнулась женщина. – Ничего, с этим живут люди, и ты сможешь, если выживешь.

Я кинул на нее изучающий взгляд. Она была среднего роста, стройна, светловолоса. Одета в приталенное платье темного оттенка с вышивкой светлой переливающейся в свете огня нити, сверху теплый отороченный мехом кролика плащ.

В замке я видел ее мельком и, смутно от дурмана в голове, но она никогда не касалась меня, только когда вводила очередную порцию зелья.

– Ты так уверен в себе, что даже не спросишь, где ты и кто я? – светлая бровь женщины изогнулась в издевке.

Я почувствовал что-то мокрое на руках. Опустил взгляд. Оказалось, мои руки дрожат так, что темная жидкость в чаше выливается на пальцы. В местах, где отвар коснулся кожи, теперь, темнели пятна и вздулись волдыри.

Боли, однако, я не чувствовал. Поднес чашу к губам. Вдохнул запах отвара и начал пить осторожными глотками. “Запахи. Хоть это мне подвластно, – подумал я. Руки все так же дрожали, из-за чего посудина била по зубам. Жидкость оказалась пряной, сладковато-освежающей, отчего бунтующий желудок пришел в норму. Я вновь посмотрел на ведьму.

– Ты, та ведьма, что помогла спасти меня, – сказал я хрипло. Горло саднило. Я протянул чашу женщине.

Руки заметно тряслись. – Благодарю тебя. Но я также помню и другое.

– Оставь свои благодарности себе, – фыркнула женщина, схватив посудину и плеснув в нее варева, подала мне. – Пей, – в этот раз, дрожали ее руки.

Я выпил вторую чашу.

Желудок замутило. Я поднялся, на нетвердых ногах двинулся в сторону ведра, где меня вырвало. Остатки крови вместе с варевом гулко ударялись о деревянное дно. Я сел на пол у кровати, облокотившись о стену спиной.