Проект «Хроно». Право выбора

Не сейчас, не в этот вечер… Восторг присутствующих, аплодисменты, крики.

– Еще! А давай – «На муромской дорожке»! Давай что-нибудь иностранное! А давай еще…

Он улыбнулся, немного поправил на плече ремень и выдал им «Брызги шампанского». Узнали. Судя по реакции, мелодию этого танго знали и тут, ну что же, хоть это… Когда Кудашев закончил играть, повторился восторг слушателей и просьбы сыграть еще то и это. Причем, изрядную часть выкрикиваемых названий, он не знал. Нет, хватит на сегодня.

Он снял, и поставил на стол инструмент, не смотря на разочарованный гул слушателей.

Старушка преподаватель, внимательно его слушавшая и весьма умеренно принимавшая участие в общих восторгах, с благодарностью кивнула.

– А у вас, Юрий, очень разносторонний талант! – сказала она и обершарфюрер про себя заметил, что ее голос легко перекрыл шумевшую молодежь, они просто замолчали, как только она начала говорить. Авторитет у бабули был тут явно на высоте!

– Вы одинаково хорошо играете и классическую музыку, и романсы, немного ошиблись с тактами в танго, но, принимая во внимание незнакомый инструмент, не удивительно, – она улыбнулась, – поверьте, давно я не испытывала такого удовольствия от музыки!

Неожиданно Маша выбежала в середину комнаты и повернулась к друзьям:

– Ребята! А как он обалденно играет на гитаре! Он мне недавно играл.

Что-то латиноамериканское, это было просто… просто… Бесподобно!

Она оглянулась на него, ее взор сиял обожанием и любовью.

Слушатели воспряли духом!

– Юра, сыграй нам, пожалуйста! Просим! Просим! – послышалось со всех сторон. Откуда-то появилась гитара и передаваемая из рук в руки добралась до Кудашева. Екатерина Германовна, снисходительно улыбнулась энтузиазму молодежи, она, судя по всему относилась к гитаре, как к инструменту несерьезному, не идущему в сравнение с аккордеоном, а тем более с роялем.

Юрий повертел в руках гитару, подтянул струны, погладил гриф.

Гитара была получше, чем та, простенькая, на которой он играл Маше у ее дома в лесу. Он провел по струнам, прислушиваясь к звучанию. Что играть, Кудашев особо не представлял. То, что Маша описала присутствующим как «что-то латиноамериканское», было просто попурри из испанских мелодий, возникшее у него спонтанно, под влиянием момента. Повторить сыгранное тогда он сейчас просто не смог бы.