Красное на черном

Это чувствуется, но мало кто может в этом признаться. Живут люди и мучаются. А я не захотел так. И подумал, что сын уже готов к нашему с супругой разводу, но мне только так казалось. Он не понял. Или понял, но не принял моего решения. С тех пор он меня знать не желает. Для него я предатель, несмотря на то, что с женой мы разошлись довольно мирно. Просто она тоже от меня устала. Мы не интересовали друг друга, понимаете? Ни в каких смыслах.

– А сколько сыну лет? – уточнила Наталья.

– Двадцать три года.

– Печальная история, но не такая уж и редкая, – посочувствовала Маша.

 – Но ведь даже взрослых детей тоже можно понять, правда?

– Разумеется, – согласился Тихомиров. – Я просто жду. Когда сын поймет меня.

– И ведь вы не один такой, – покачала головой Маша. – Бывает, что дети всю жизнь за что-то обижены на родителей, а потом внезапно обида исчезает. Я уверена, у вас все наладится.

– Спасибо, Маша, – прошептал Тихомиров, взял ее руку в свою и сжал.

«Ах ты, падла», – подумал Гуров. Но внешне ничем себя не выдал.

И как настоящий мужик решил, что выпил еще недостаточно. Он видел, с каким неприкрытым интересом Тихомиров рассматривает Машу. Гурову показалось, что теперь Олег проявлял к его жене совсем не дружеский интерес. Этот придурок уже записал ее в список покоренных им женщин. Правда, не учел, что муж актрисы Марии Строевой находится в метре от него.

– Извините еще раз. Может быть, все же выпьете вина? – склонив голову набок, спросила Маша.

Олег отказался и принялся за арбуз.

Галантно привстав со стула, сначала предложил его женщинам, потом Льву и Стасу. И лишь после встал во весь рост и, держа в руке наподобие бокала увесистый арбузный ломоть, на полном серьезе предложил тост за присутствующих здесь дам. При этом он многозначительно взглянул на Машу, и та сразу же опустила ресницы.

Гуров залпом допил вино. В упор посмотрел на жену. «Что за игры, родная? – подумал он. – Вы за кого меня здесь держите?» Маша едва заметно покачала головой, дав понять, что она сама все видит, но пусть ее Лёва не волнуется.

Тихомиров сел на свое место и принялся аккуратно есть арбуз. Он делал это не кусая – просто охватывал губами мякоть и высасывал из нее сок. Гуров подумал, что никогда не видел, чтобы кто-то так мерзко поедал арбузы.

– Налей-ка еще, – попросил он Стаса.

– А? – не расслышал тот. – Сейчас, минуту.

Внезапно Тихомиров поднял голову и в упор взглянул на Гурова. В его взгляде не было ничего, к чему можно было бы прицепиться.