Красное на черном

Вы проходите. Я, признаться, до сих пор в шоке. Позвонил бывшей жене, отругал ее за молчание. Почему не сказала? Я же отец! Ну ненавидел меня Андрей, ну и что? Она могла бы мне сказать это раньше. Почему я узнаю это от полиции? Почему? Я же им не чужой.

Он говорил, не умолкая, по пути к гостиной, к которой вел один из коротких темных коридоров. Стас шел следом за ним. Гуров и Тишка замыкали процессию.

Поначалу Льву показалось, что он попал в комнату, где проживали любители садо-мазо. В отличие от светлой прихожей гостиная напоминала адский котел, переделанный под помещение.

Обои здесь были черными. Мебель тоже. И даже абажур настольной лампы имел угольный цвет. Но все остальное, включая тяжелые шторы на окнах, диван и ковер на полу, было темно-красного цвета.

Увидев гостиную, Гуров решил, что он чего-то не понимает в современных интерьерах. Каждое жилище, которое ему довелось посетить, так или иначе отличалось от другого. Но разница не слишком бросалась в глаза. Встречалась, правда, совсем убойная отделка квартиры.

В одной из таких Гурова встретили настоящие копья и вигвам, упиравшийся верхушкой в потолок. Хозяева оказались людьми, увлеченными жизнью и бытом индейцев, вот и позволили себе подобное. В другом доме вообще не было мебели, и семья, которая там жила, спала на вьетнамских циновках. При этом кроме холодильника, ноутбука и микроволновки в комнатах не было ни стульев, ни шкафа. Тоже те еще ощущения после увиденного.

Но Тихомиров переплюнул всех.

Стас присвистнул. Олег щелкнул выключателем, комнату залил электрический свет, и все вокруг сразу преобразилось. Никакой цветовой агрессии – просто неординарный подход к обстановке собственной квартиры. И глаз не режет, и ковер не такой уж и кроваво-красный.

– Присаживайтесь, – указал на диван Тихомиров. – А я подвигаюсь немного. Мне что-то не сидится.

Стас послушно опустился на диван.

– Что тебе жена сказала, Олег? – спросил Стас.

Тихомиров, который принялся мерить шагами комнату, мельком взглянул на Крячко.

– Что не видела Андрея с утра четверга. Я спрошу, можно?

– Все, что хочешь, – разрешил Стас.

– Ты, значит, работаешь в полиции?

Стас и Лев переглянулись.

– Ну, я тебе об этом не говорил, – пожал плечами Крячко.

– Как тесен мир… – пробормотал Тихомиров.

Эту фразу Гуров уже слышал. Похоже, она была любимой у Олега Анатольевича.

– Ты так и будешь бегать туда-обратно? – поинтересовался Крячко.