Сёстры

– Не трогай меня. Я пришла сказать тебе, чтобы ты не смела приходить на кладбище к родителям! Забудь о моём существовании. Я тебя ненавижу! – слёзы лились из её глаз.

– Лера, прости! В моей жизни никого нет, кроме тебя!

– В твоей жизни и меня нет! – сестра развернулась и пошла на выход.

Славик стоял в шоке. Я поняла, что он не ожидал такого поворота.

– Женя, прости её! Она слишком молода, чтобы быть мудрой!

– К сожалению, она во многом права.

Люди стали поворачиваться, с любопытством глядя на меня.

Сегодня же я собрала небольшую сумку сменных вещей и, замкнув родительский дом, отправилась монастырь.

– Здравствуйте. Мне нужен отец Лука, – спросила я, когда мне открыли дверь в монастырь.

– Вы от кого? Отец Лука просто так принимает по субботам на исповеди. А в будний день он занят.

– Мне некуда идти. Я хотела у вас просить приют, готова выполнять любую посильную работу.

– У нас не ночлежка.

– Подождите! Мне надо отмолить свой грех! Я жить не могу с таким камнем на шее.

– Ну не знаю. Сейчас спрошу, примет ли он Вас?

Мне стало легче, что я смогу увидеть отца. Голова закружилась, ноги подкосились. Это, наверное, последствия голода. Я не могла полноценно есть после смерти родителей.

Очнулась я уже на кровати. Правда, она была жёсткая и больше походила на лавку.

Монашка сразу мне дала выпить отвар на травках.

– Пей, голубушка.

– Мне бы отца Луку увидеть? – сразу спросила я.

– Не сегодня. Завтра после утренней и поговорите. А сегодня отдыхай. Правда, у нас не принято женщине мужскую одежду носить.

– Это женские брюки. И кофточку я подлиннее надела.

– Это хорошо, что ты об этом думала, и платок на тебе хороший.

– Он траурный. Я родителей недавно похоронила.

– Божья воля на всё. Завтра наденешь вот это платье, и платок не снимай. Я тебе сыр с хлебом принесла. К сожалению, еда будет только завтра.

– Подожди. Душ тут можно принять.

– Баня по четвергам, а личная гигиена в тазу в умывальной комнате.

Монашка ушла, а я попыталась сесть на кровати, но сил не было. Я легла поудобнее и уснула. Завтра мне подскажут молитву, и я буду молить о прощении! С этими мыслями я и уснула.

Утром я была на утренней, но, поскольку ничего в этом не понимала, просто наслаждалась пением хора. Удивительно, но все пели профессионально, попадая в ноты.