Судьба слезам не верит!

Вернее, чтобы быть точным, задних заборов тут не было, потому что в конце каждого участка была пристань на пруду. Мне очень нравилась эта идея. Я любил рыбалку. А туту все условия для рыбаков. Собственно, в каждый выходной всё так и было.

Вид из беседки был обалденный. Я видел счастливое лицо Юльки и оставался довольным. Если она так рада этому пикнику, то неважно, найдёт ли она себе тут новое увлечение. Пиво, креветки, овощи и шашлык- все божественно вкусно. Праздник желудка. В какой-то момент я потерял падчерицу из вида.

Обойдя всё вокруг, только не определяясь, что её ищу, я остался довольный увиденным.

Юля общалась с Никитой сыном Анатольича. Никите было двадцать четыре года. Он сын юриста нашей частной компании. Анатольич уже ни один год вытаскивает нас из различных передряг. За эти годы взаимного сотрудничества мы сдружились и частенько его приглашаем с нами отдохнуть. Вот и сегодня был такой день. Никита был хорошим парнем. Он помогал отцу, учась на заочном отделении. И всё потому , что парень хотел самостоятельно жить, а значит, учиться на очном не получалось.

Конечно родители ему помогали. Но я назвал бы парня огромным молодцом, потому что видел, как он в этой жизни старается зарабатывать на свою независимость.

– Кир, не похолодало? – спросила меня артистка.

– Да вроде бы погода тёплая, – улыбаясь, ответил я.

По дороге домой я аккуратно спросил:

– Тебе понравился Никита?

– Нормальный парень. Он сам ко мне подошёл и как-то было интересно с ним, что я и не парилась заглядывать на остальных.

– Это хорошо, что вам было интересно. Он большой молодец.

– Жизнь покажет, какой он молодец.

– Ты рассуждаешь как старушка! Сомневаешься в моих словах?

– Я конечно рада, что круг моих знакомых тебе нравится, папочка, но предпочитаю такие выводы делать самостоятельно, – смеялась Юлька.

– Хорошо, хорошо, доченька! – подыгрывал я ей. – Ты бы лучше мне рассказала, кто на той злополучной вечеринке тебя напоил и на сцену вытолкал?

– С чего ты взял. Что с этим заданием я не могла справиться сама?

– Только евреи в душе отвечают вопросом на вопрос.

– Расцениваю как комплимент.

– Обоснуй?!

– Не видела в этой жизни ни одного глупого еврея.

– Принято. Так значит всё сама?

– Угощали, пила! Пригласили, пошла! И никакого принуждения!

– Понятно.

Приехав домой, перед сном я думал о падчерице. Хорошо было бы, если у неё с Никитой будет роман. Вот исполнится ей двадцать один год, а она не просто от меня отделится.