Криминальный сезон

Если пришел вместе с этим худруком, это еще полбеды, а если «переметнулся» из старого лагеря, тогда ненавистников и завистников у него наверняка хватало».

– Руслан давно работает в театре?

– Да, уже около пяти лет. Но раньше он действительно был, как вы сказали, лишь помощником. А с приходом Виталия развернулся. Нашел родственную душу, как говорится. Ведь раньше у нас никаких экспериментов не было, Борис Петрович перформансов этих не устраивал.

– Борис Петрович?

– Да. Это бывший наш художественный руководитель.

«Вот оно что! – подумал Лев, сразу вспомнив пренебрежительные высказывания блондинки из ресторана. – Похоже, именно об этом «Борьке» и шла речь. И, похоже, не так уж редко бывшего худрука здесь делают «крайним».

– Сейчас он рядовой режиссер, – продолжал Анисимов. – Но Виталий его не обижает. Классический репертуар целиком и полностью в его распоряжении. Подбор актеров, оформление спектакля, музыка. Все это курирует он.

«Да, курирует, – снова подумал Лев. – Только, похоже, охотников полюбоваться на этот классический репертуар не так уж много, соответственно и престиж невысок.

Из худруков попасть в «рядовые», это, знаете ли, удовольствие на любителя. Не каждое самолюбие выдержит. Очень многие предпочли бы просто уйти, а этот остался. Значит, деваться некуда. Остался и наблюдает теперь, как какой-то там «лишь помощник» выбивается в неформальные лидеры, а сам он в это время вынужден все дальше уходить в тень. Нет, грязного бельишка в этой «семье», похоже, хватает. И чтобы прояснить ситуацию, видимо, придется-таки в нем покопаться».

Небольшая мизансцена, произошедшая в следующую минуту, только лишний раз подтвердила эту догадку.

В дверь деликатно постучали, и в кабинете появилась эффектная высокая девушка, чем-то напоминающая блондинку, которую он видел вчера в ресторане.

– Виктор Иванович, подпишите, пожалуйста. Это срочно, – сказал она, подавая директору бумаги.

Анисимов черкнул роспись, и девушка направилась к двери.

– Так, значит, вы говорите, что Руслан Бойцов в целом был человек коммуникабельный? – видя, что девушка уходит, продолжил разговор Гуров.

– Бабник он был! Бабник и негодяй. За это и…

Когда полковник начал говорить, девушка замедлила свое движение, с любопытством прислушиваясь. Поняв, о чем идет речь, она обернулась и с азартом выкрикнула свою реплику, по-видимому, не в силах сдержать эмоции.

– Иди, Мила, – с беспокойством проговорил директор. – Скажешь, когда тебя спросят.