В джунглях большого дэйтинга. Есть ли жизнь после развода?

Мы обнялись на прощание, он пообещал, что скоро вернется – может, даже через две недели.

Мой пожилой организм, совершенно убитый адскими дозами алкоголя и нездоровым режимом, слегка возражал, но в целом я была бы рада видеть Альберта снова.

В реальности он оказался таким же классным, каким я его себе и представляла. С ним было легко, комфортно и при этом весело.

Редко встретишь такой трэш и угар в людях старше 30. А тут вроде бы серьезный бизнесмен, заботливый отец, и при этом ТАК уходить в астрал по выходным!

Альберт улетел, общение продолжалось по нарастающей.

После нашей встречи он решил, что настал момент, когда можно доверить мне свои самые сокровенные мечты.

Сначала было … нет, не слово. Были ноги. То, что он – фетишист, я поняла еще при встрече. Но это был первый такой опыт в моей жизни, и я не понимала до конца, что, в принципе, на этом у них все обычно и заканчивается.

Дальше – больше: оказывается, он поклонник «золотого дождя» (если не знаете, что это такое, посмотрите значение в интернете).

Я долго силилась понять, зачем люди это делают и в чем удовольствие, но так и не смогла.

И четко осознала, что ничего у нас, увы, не выйдет…

Приведу дословный ответ моего психолога на вопрос, что делать, если мужчина такой классный и с ним так хорошо, что не хочется расставаться ни на минуту, но при этом у него такие запросы в сексе, которые я до этого момента видела только в специфической литературе.

Он сказал буквально следующее: «У меня возле дома стоит отличная машина.

Она прекрасна во всех отношениях. Вот только что не едет. А так очень классная и крутая машина, всем на зависть. Но, блин, не едет – вот незадача».

***

Мне понадобилось некоторое время на то, чтобы свыкнуться с этой мыслью…

Впрочем, полное отрезвление произошло довольно быстро.

Однажды Альберт по работе поехал в Берлин и там пошел в Музей эротики. Он присылал мне фотографии экспонатов, мы смеялись, и это было довольно весело, пока он не прислал мне фото какого-то сиденья – нечто среднее между седлом и перевернутой детской ванночкой с несколькими отверстиями.

Сказал, что купит такое «нам», чтобы в нашу следующую встречу осуществить свою мечту. Я осторожно спрашиваю: «Какую?».

Он объясняет: «Я ложусь снизу, ты садишься на эту штуку на уровне моего лица, и получится «все три». Честно, я даже не стала уточнять, что там идет в программе под номером три (о первых двух я догадываюсь). Я не ханжа, но это выходит за пределы моей толерантности.