Снежная Академия

– Профессура у меня с тонкой душевной организацией.

– Клянусь, я никого больше не назову "дедом", – заверила со всем энтузиазмом и протянулась к Холоду, пока ректор не отправил домой.

Свечение ринулось ко мне, опутывая руку, а следом все тело.

Я ничего не ощутила.

Зря боялась.

Стоило об этом подумать, как забил озноб, а после и вовсе тело превратилось в лед. Осталась единственная возможность – хлопать глазами и панически мычать. В конце концов, я почувствовала странное дуновение и… полетела на бок.

Все, разобьюсь на тысячи осколков, и никто не соберет!

Мороз подхватил заледеневшую меня и в этот момент Холод отступил.

– Что это было? – я продолжала висеть на руках ректора.

О, я могу шевелиться и говорить, слава Всесоздателю.

Вблизи, на коже Мороза Морозовича, просматривались едва заметные узоры, похожие на те, что выписывал Холод или сродни тем, что украшали камзол. Не контролируя себя, от любопытства провела подушечками пальцев по его щеке.

Ничего.

Гладкая кожа, совершенно обычная… холодная, но обычная.

– Вы меня соблазняете? – строго поинтересовался Мороз, а я одернула руку и вообще отскочила от ректора подальше.

– Вас? Нет. Вы же де… – вовремя осеклась. – Де…ректор! То есть "ди"… директор. Я хотела сказать: "Вы же ректор"! У меня соблазнения и в мыслях не было, просто у вас на коже узоры, а мне интересно стало: ощущаются они или нет? Вот я и…

Мужчина на миг прищурил глаза и снова вернул лицу невозмутимое выражение.

– Знаете, Липова, вы очень даже милая, когда молчите, – дверь распахнулась, впуская яркий свет.

 – Удовлетворили любопытство?

Молча кивнула.

– Ощущаются? – продолжал задавать провокационные вопросы ректор.

Замотала головой. Все также молча.

Мороз усмехнулся, освободив от дальнейших расспросов. Едва я вышла в коридор, как дверь захлопнулась и буквально слилась со стеной. Ее выдавали лишь серебристые узоры по контуру.

– Почему я превратилась в ледовую статую? Или статую изо льда… Хотя почему изо льда, я ведь человек… Так почему я заледенела?

Студенты в коридоре разбрелись по лавочкам, кто-то веселился, некоторые, и их меньшинство, зубрили конспекты.

При появлении Мороза девушки благоговейно улыбались, парни провожали с уважением во взгляде, а сам мужчина шествовал с таким видом, что сразу становилось ясно, он – ректор.

– Васильев, хотите исключительный экзамен по левитации?

Тот самый Васильев висел под потолком и старательно пытался растопить большую сосульку.