Легенда преступного мира

Теперь уже встревоженный, Брухашко нервно закашлялся и уточнил:

– А в чем, собственно, дело, гражданин начальник?

Было ясно, что Тротил сильно занервничал и сейчас лихорадочно прикидывает: а не залечь ли на дно, а не дать ли деру? Упреждая возможные действия подобного рода, полковник строго уведомил:

– Гражданин Брухашко, пускаться в бега не советую! Это автоматически будет означать признание вами вины со всеми вытекающими последствиями.

– Какой вины? – фальшиво удивился Тротил.

Чуткое ухо Льва мгновенно уловило эту фальшь, и он сразу же понял: даже если Брухашко к смерти Токарнова и Чумакина непричастен, какую-то аферу он все же сотворил и поэтому боится разоблачения.

Впрочем, ухо Тротила тоже оказалось чутким и вполне явственно уловило металлические нотки в голосе Гурова. Поэтому Паша счел за благо перейти на примирительный тон:

– Ну, гражданин начальник, если надо, можем и встретиться. Почему бы и нет? Пожалуйста! Забивайте стрелку… То есть это… Место и время называйте.

Буду!

Определившись, что увидятся они в Михайловском парке ровно через полчаса, Лев не спеша отправился к ведомственной парковке, где стоял его «Пежо».

Пока ехал к парку, он напряженно размышлял о предстоящем разговоре. Гуров заранее обдумывал вопросы, которые обязательно нужно будет задать Тротилу. При этом он чувствовал, что, скорее всего, Тротил ни к смерти Токарнова, ни к бесславной кончине Браунинга особого отношения не имеет. Это он ощутил интуитивно, улавливая на слух какие-то характерные интонации и обертоны в голосе Брухашко.

За долгие годы работы в угрозыске Гуров очень часто, безо всяких детекторов лжи, определял, лжет ему тот или иной собеседник или нет.

В самом деле! Еще древние греки были уверены в том, что мысли человека материальны и его истинные настроения, независимо от сказанных им слов, имеют внешние проявления – в мимике, в тембре голоса – именно такие, какие могут вызвать только они. Если кто-то говорит своему собеседнику о том, что желает ему добра, но на самом деле желает ему смерти, то тонкий наблюдатель по одному лишь голосу поймет, что тот думает в реальности.

Разумеется, уточнить еще раз, насколько верны ощущения и предположения, возникшие после телефонного разговора с Тротилом, стоило в любом случае. И тем не менее… Если исходить из того, что Гуров уже успел узнать о Брухашко, тот, хоть и был матерым уголовником, ярым сторонником «мочилова» не являлся.