Пересеку время ради тебя

Что касается моих новостей, то обрадовать особо нечем, даже наоборот – все просто ужасно. А! Кстати, сначала следует сообщить тебе, что не сегодня завтра мне стукнет пятнадцать лет.

В следующем письме тебе уже придется называть меня «онни». Пишу это, и самой не верится. Подумать только! Сначала я была младше тебя, потом сравнялась по возрасту, а со временем буду для тебя старшей…

Ну да ладно, давай наконец расскажу тебе про себя, отчего мне приходится несладко.

В своем письме ты переживала, что не знаешь, как лучше поступить в нашей ситуации, я же – наоборот.

Не пересчитать, сколько всего нужно, можно и хочется провернуть, если знаешь все наперед.

Помнишь, ты написала про всякие события? И в школе, и дома от моих прорицаний у всех глаза начинают вылезать из орбит, и случается переполох. Ну, ты не подумай, что я превратилась в гадалку, как ты мне тогда предложила.

Хотя, честно признаться, я чуток поизображала из себя предсказательницу и на вопрос «Откуда ты знаешь?» отвечала, что будущее видится мне во сне.

Сначала я проделывала это ради забавы. Смешно было наблюдать за реакцией и вытянутыми лицами изумленных людей. Я тогда и представить даже не могла, какой кошмар из всего этого выйдет.

Дело было перед выборами президента. Отец говорил, неважно кто, лишь бы не Ро Дэу. А мама, по всей видимости, хотела, чтобы выбрали Ким Дэджуна.

Тут у нас летом много чего произошло. Толпы студентов вышли на улицы с протестами, полиция, чтобы их разогнать, разбрасывала снаряды со слезоточивым газом, который застилал все кругом, безжалостно разъедая глаза, нос и горло.

Моя подруга рассказывала, как наглоталась дыма на Чон-ро[9 - * Чон-ро (??) – улица в центре Сеула.], – жгло даже в пятой точке.

Студенты и раньше выходили на демонстрации, но в этом году все обстояло по-другому. Говорят, один из выдающихся студентов погиб во время пыток[10 - Видимо, имеется в виду Пак Джонхчхоль (???) – студент Сеульского университета, замученный в ходе допросов.]. Уверяю тебя, после этого случая выражения лиц у людей резко преобразились.

Даже взрослые, которые прежде неодобрительно отзывались о бастующей молодежи, поменяли свое отношение и ужасно негодовали – дескать, и в войну такого не было. В итоге даже белые воротнички – служащие в галстуках – вышли на улицы.

И откуда у всех столько смелости? Меня охватывает страх при одном виде полицейских. А стоит издалека почувствовать запах слезоточивого газа, как сердце сразу сжимается в комок.