Её измена

А я все говорила и говорила. Впервые откровенно. Озвучивала боль и обиду, таившуюся внутри так долго. И сожалела о том, что это слышит она, а не Влад.

– Мы почти не разговариваем. Не проводим время вместе. Точнее, мы вместе, в одной комнате, но мы порознь. И я не понимаю, когда мы к этому пришли. В какой момент.

Пока сидела со своей исповедью перед Ариной и озвучивала то, о чем не задумывалась, стало страшно.

Проживая день за днем, я и не замечала того, что мы упали на самое дно и я не уверена, что виноват только Влад.

Я была увлечена идеей нашей семьи, создавала то, что в итоге никто не оценил или просто-напросто допустила ошибку на этапе «строительства». Такая правда удручает. И сейчас лицом к лицу с ней я не верю в эту правду.

– К третьему году Леры я перестала обращать внимание на многие вещи. Что-то вошло в норму, и мы продолжали жить, как обычно. Какие-то моменты больше не удивляли. Я бы, наверное, удивилась скорее чему-то хорошему, вдруг произошедшему между нами, чем наоборот. Сейчас произнеся вслух эти слова, понимаю почему, ты смотришь так ужасающе на меня, – шмыгаю носом и стираю слезы со щек ладонями.

– Нет, я… Я, конечно, в шоке от этого, но когда ты говорила о проблемах, я и не подозревала, что все так…

– Ужасно? Не подбирай слов. Все гораздо хуже, Арина. И я сейчас это понимаю все больше.

– Но, а тот мужчина, с которым ты переспала? Откуда он?

– Он с работы, – тянусь к кружке чая, которая неизвестно, когда передо мной появилась. – Мой начальник.

Она смотрит, недолго выпучив глаза.

– Ты умудрилась начальника охмурить?

– Это кто кого, – невольно улыбаюсь. – Все не так, как ты думаешь.

Я пришла в компанию готовая трудиться, влиться в коллектив и, наконец, выдохнуть, а может и вдохнуть в себя новую жизнь.

Я знала заранее о смене руководителя отдела. Мне было жаль, что Семен Геннадьевич перевелся, но горевать по этому поводу у меня в планах не было. А когда мы познакомились, я даже не запомнила его лица. Точнее, не всматривалась.

Спустя какое-то время обстановка в доме перестала волновать. Я была по-прежнему мамой и женой. И если в первом случае все оставалось прежним, во втором я, отдалялась теперь с той же скоростью, что и Влад.

– И это казалось в какой-то степени нормальным.

Сорвавшиеся слова поставили в тупик. Я говорила искренне и это пугало.