Измена. После нее

Долго и болезненно проливать слезы об утерянном равновесии.

– Мне так жаль, Кира. Мне так жаль.

– И мне…

Вот только жалостью не поможешь этой беде. Впрочем, уже ничем. Остается только понять, как избежать максимальных потерь.

– И что думаешь делать?

– Я не знаю. Я просто не знаю.

– Может тебе с мамой поговорить?

– Ну нет. Она, итак, была изначально против нашего союза, хоть и смирилась потом, и полюбила Тимура по-своему. А тут прийти и сказать ей все это? Чтобы она потом причитала о том, что была права? Нет.

Не хочу, чтобы он это слышал в свой адрес.

– Ты даже сейчас его защищаешь.

– А как мне иначе быть? Он же моя жизнь, Кристин. Он тот, с кем я разделила четырнадцать лет напополам. Да я просто привыкла думать о нем и детях больше, чем о себе, вот и все. У нас Лиля, Миша, я не могу допустить того, чтобы они в этом всем участвовали. Именно мне приходится сейчас сидеть и думать о том, как отгородить от этой грязи детей.

– Ну ты же понимаешь, что это коснется всех.

– Тогда надо преподнести им как-то… Боже, я не могу поверить, что это теперь моя жизнь.

– С Ирой не говорила и Андреем? Они все-таки близкие друзья, может знали или знают, что-то.

– Лиля вчера была у них, но Иру не видела. Лиза день рождения отмечала с подругами. Ты первая, с кем я это обсуждаю.

– Может тебе уехать на недельку в спа? Помнишь мы с тобой и Самойловой выбирались.

– У меня мероприятие намечается в компании. Нужно организовать все на высшем уровне. Из заграничных филиалов приезжают руководители разных отделов и будут обсуждать новые препараты.

– Не вовремя. А командировок не предстоит? Да и вообще, возьми отпуск.

– Кристин, это не выход. Мне нужно решить, что делать и как можно скорее.

– А ты допускаешь мысль простить?

– Я на него даже смотреть не могу. Он пришел домой после нее и сказал: «Извини, я задержался. У нас новый клиент». В лицо понимаешь?

– Какой мерзавец. Никогда бы не подумала, что Тимур на такое способен. Черт, да вы идеалом для нас всех были.

– Ага.

Видишь, как идеально он врет в лицо. А если бы не видела сама, еще бы и ублажать пошла после тяжелого дня рабочего. Как же мне тошно от мысли, что это так и было.

– Думаешь они не впервые?

– Слишком развязно себя вели на виду у всех, для первой случки, – замолкаю, уходя в мысли. – Я не прощу его, Крис. Не смогу простить и делать вид, что этого не было. Я буду помнить всегда.

– Понимаю, дорогая.

– Мне нужно будет заново начинать мыслить. Учиться этому.