Лекарство от жизни

Она спокойно сидела на стуле, а ее нервное напряжение выдавали лишь старческие скрюченные пальцы, беспокойно теребящие край затертой кофточки.

Гурову трудно было сказать, заметила ли Артемова, что с ней стал разговаривать другой человек. Настолько много в голосе старушки было обреченности и усталости. Даже на вопросы полковника она отвечала так, словно он был инспектором собеса, который требует у бабушки в тысячный раз одну и ту же справку для прибавки к пенсии.

Все же разговор с матерью убийцы не был бесполезным.

Вскоре Гуров знал, что ее сын Николай был единственным ребенком в семье. Родила его Татьяна Захаровна поздно, почти в тридцать пять лет, и с детства баловала Колю изрядно.

Жизнь у него не сложилась. Учиться Коля не хотел, да и работать особо не стремился. Прыгал всю жизнь с места на место, пока не допрыгался до того, что его выгнала жена. Если Артемов и до этого «попивал», как выразилась его мать, то после развода стал пить запоем.

Старушка помучилась, собрала остатки своих сбережений… Добрые люди подсказали ей хорошего доктора, и она отправила сына к нему на лечение.

Доктор обещал, что через две недели ее сын забудет, в какой руке рюмку держать, и правда! В прошлую субботу Николай пришел домой трезвый, веселый, даже помолодевший. Говорил, что, мол, теперь новую жизнь начнет. Вчера его выписать из больницы должны были и домой отпустить. Артемова звонила, и девушка сказала ей, что выписали сына. Вот только не пришел он домой, а идти ему больше некуда.

«Нашлось куда!» – подумал Гуров, а вслух спросил:

– Татьяна Захаровна, скажите, пожалуйста, в какой больнице Николай лечился?

Старушка поковырялась в заштопанной вельветовой сумочке и достала помятый листочек. Она протянула его Гурову, даже не подняв головы. Это была простенькая визитная карточка, на которой стоял адрес и фамилия доктора: частная наркологическая клиника доктора Запашного. Несвижский переулок, дом 6. Гуров запомнил адрес и вернул визитку старушке. Предисловия кончились, теперь начиналось самое сложное.

– Татьяна Захаровна, а где ваш сын работал… – Гуров запнулся, неосознанно упомянув Артемова в прошедшем времени, и поспешил добавить: – До лечения.

– Да нигде он не работал, – так же монотонно проговорила старушка. – Грузчиком на каком-то складе был, да выгнали его и оттуда.

На каком складе работал Артемов, Гурову выяснить так и не удалось. Судя по всему, Татьяна Захаровна действительно не знала этого.