Герой её романа…

Может у него фишка такая – трахнуть каждую женщину что попадается ему на глаза? Ещё небось думает, я ему благодарна должна быть, что осчастливил. Куда мне против этой Наташи – молоденькой да хорошенькой. Кому я нужна, четвёртый десяток разменяла, ребёнка родила и выкормила, и это видно», – Аня устало поставила керамическую чашку из-под чая в раковину.

Больше всего на свете хотелось не видеть ни мужа ни соседа. Два сапога – пара. А ещё хотелось лечь и умереть. Аня встала под душ и долго старательно мылась. Но ночью ей приснился Томаш, как они жадно целуются, дрожа от нетерпения и страсти раздевают друг друга, касаются друг друга, прижимаются голыми телами, сливаются в экстазе.

«Господи, что ж это такое!» – она силой воли заставила себя проснуться и долго не спала, боясь закрыть глаза.

«Хватит заниматься глупостями, – наказала себе Аня под утро. – Я на эту удочку больше не попадусь. Пусть молоденьким дурам голову морочит! Казанова местного масштаба!». Решить было проще, чем сделать: мысли непослушно возвращались к той ночи, кожу покрывали мурашки от всплывавших совсем некстати ощущений, и даже снотворное не могло остановить яркие видения.

К счастью Томаш уехал домой, проведать детей и внуков, так что по крайней мере не надо было терпеть его каждодневное присутствие. Аня вздохнула свободнее и перестала прятаться в собственном доме.

– Аня, у нас морковка закончилась, – Антон был с утра не в духе и ныл больше обычного. – Я тебе сказал, надо было со скидкой на той неделе покупать, а теперь дороже, да и ехать специально придётся.

– В нашем магазине ненамного дороже, если упаковку на два кило взять. Я могу сходить. Или подождём.

– Не, я хочу, чтобы ты сегодня суп сварила, так что сходи за морковкой.

Даже радуясь поводу выйти из дома одной, Аня быстро оделась и пошла по расчищенной от снега улице. Только успела она свернуть в боковой переулок, как до неё донеслось:

– Аня, подожди меня!

Аня ускорила шаг, но Томаш всё равно быстро поравнялся с ней.

– Аня, прости меня…

– Когда это мы с вами, Томаш, перешли на ты? Вроде на брудершафт не пили! – в голове кубарем пронеслось: «Я хочу тебя, здесь, сейчас…», и она почти побежала, надеясь, что он отстанет.

Но он не отстал, наоборот, догнал, положил руки на плечи и с силой развернул к себе:

– Аня, я люблю тебя!

Аня так и осталась стоять, поражённая его словами и не в силах выкарабкаться из глубины его серых глаз. Когда транс прошёл, она испуганно огляделась по сторонам.