Марионетки на ладони

Через несколько секунд он всё-таки продолжил говорить:

– Она попросила у меня трубку. И смотрела.

– Куда смотрела? – нетерпеливо спросила Жанна.

– На уголёк, – отозвался Ван Тун. И тихонько захихикал.

– Жанна, ешь, – махнул рукой Жан, – видишь ведь, что он… надышался.

– Мы сами тут скоро надышимся, – пробормотала Жанна и поскорее запихнула в рот ещё немного лапши.

Они быстро прикончили кушанье и выпили жирный бульон. От сытной еды потянуло в сон, но ребята знали, что спать здесь нельзя. Дым, плавающий в затхлом воздухе помещения, рождал такие кошмарные сны, что после них можно было и не проснуться.

Сделав последний глоток из миски, Жан решительно встал и поторопил сестру.

– Пойдём скорее на свежий воздух!

Воздух ночной улицы трудно было назвать свежим, но после ужасных подвальных запахов он пьянил, как родниковая вода. В кои-то веки небо не затянули низкие коричневые тучи: оно было ясным. Жанна глубоко вздохнула, подняла к небу круглое лицо и радостно засмеялась:

– Гляди, звёзды! Звёзды!

Жану показалось, что звёзды слегка покачиваются и мигают.

«Нанюхался всё-таки!» – с досадой подумал он.

– Пойдём прогуляемся, пусть обдует, – предложил он.

– Пошли! – согласилась Жанна.

Наступил поздний вечер, улицы почти опустели. Жан и Жанна вприпрыжку бежали по мостовой и жадно глотали воздух, чувствуя, как выветривается из лёгких ядовитый дурман китайской харчевни. Редкие прохожие старались уступать им дорогу.

– Жан, пожалуйста, поищем кошку. Хочу погладить кошку! – взвизгнула Жанна.

Жан, согласился, и они свернули во дворы. Дворы были пусты и темны, как глубокие колодцы.

– Киса-киса, кис-кис-кис! – не унималась Жанна. Ей было весело.

Прошло ещё около часа, и веселье сошло на нет. Кошки, едва завидев Жанну, удирали, собаки предостерегающе лаяли. Город засыпал, и ему не было дела до двух детей, не имевших мечта для ночлега.

– Ну что ж так не везёт! – всплеснула руками Жанна и остановилась.

Жан с колотящимся сердцем встал рядом с ней.

Он чувствовал, как похолодало. На сытый желудок казалось, что тепло, но теперь приятный жар начал развеиваться. К тому же они вспотели во время бега.

– Заберёмся на какой-нибудь чердак и там ляжем, – предложил он.

– Тсссс! – вдруг перебила его Жанна. – Слышишь?

Жан прислушался. Он знал, что у сестры слух и зрение острее, чем у него.

– Ходит кто-то, – через пару секунд тихо сказал он, – ну и что?

– Не просто ходят. Что-то несут, переставляют.