Фиктивный развод

– Ты ломаешь свою жизнь! Как ты не видишь?! Она опозорила тебя, а ты… Где твоя мужская гордость?

– Мама, – ледяной возглас Вадима даже меня заставляет поежиться.

Светлана Сергеевна замолкает, понимая, что ступила на запрещенную территорию. Она качает головой, но рта больше не открывает.

– Мы поговорим потом, – добавляет Арбатов. – Ты успокоишься, и мы поговорим.

– Я не успокоюсь, этого не будет.

Мать Вадима порывисто разворачивается и покидает кабинет. Я как зачарованная смотрю на дверь, которая захлопнулась за ее спиной, и пытаюсь прийти в себя.

Как ураган, честное слово.

Женщина-катастрофа.

– Кажется, я ей по-прежнему не нравлюсь, – произношу.

Я отнимаю ладонь от Вадима и привстаю, но он возвращает меня на место. Запускает руку мне за спину и надавливает, заставляя соскользнуть с подлокотника на его бедра.

Черт.

Всё происходит так быстро, что я успеваю лишь сделать один судорожный глоток воздуха. Его тепло окутывает меня, а его крепкие длинные пальцы ходят по моему телу. Я чувствую их на спине и шее.

На шее хуже всего: там нет одежды, и я ощущаю его кожей к коже.

Как покалывающие, постепенно набирающие силу разряды тока.

Как то, что я не должна испытывать.

– Вадим.

– Еще пару секунд. Прошу.

Прошу?

Он сказал “прошу”? Я не ослышалась?

Ему как будто становится легче оттого, что я в его руках. Он не порывается поцеловать или стянуть мою одежду, но он так прочно держит меня, что это становится слишком интимным.

Быть в его руках – неправильно.

Сидеть в его объятиях и принимать то, что можно засчитать за ласку, –  тем более.

В груди зарождается ураган, одна эмоция цепляет другую и закручивает вихрь, с которым я не знаю, что делать. Я не могу отрицать, что меня клонит в сторону воспоминаний. Все-таки он не чужой, между нами столько всего было, столько хорошего и даже чудесного. Все это играет со мной злую шутку. Какая-то часть меня соскучилась по нему… нет, хуже… истосковалась.

Только вот у этой тоски горькое послевкусие. Он же предал меня.

Нанес глубокую рану, с которой я справилась, заплатив большую цену – став другой. Я очень сильно изменилась, я уже не та девчонка, которую Арбатов брал в жены.

Он вообще это понимает?

Или ему плевать?

– Отпусти, пожалуйста, – произношу уверенным голосом.

Я подаюсь вперед, не дожидаясь его отклика. К счастью, Вадим разжимает ладони.

– Останешься на ланч? – спрашивает он.

Арбатов встает с кресла и будничным жестом поправляет манжеты рубашки.