Янтарная кисть

Третье одеяло, что бы укрываться, тоже имелось. Так же там были набиты из дощечек небольшие полочки, на которых стояли краски, фонарики, кисти и прочие нужные принадлежности, что бы полноценно рисовать. В высоту шалаш был на две головы выше Олсы, поэтому она спокойно могла вставать в полный рост. В ширину домик был не больше курятника, но передвигаться по нему было вполне удобно. За полтора года существования тайного места, Олса натащила туда, много полезных для уюта вещей, которые занимали большую часть пространства.

Продрогшая от ветра, Олса завернулась в одеяло, как гусеница в кокон, засунув голову внутрь, что бы надышать теплым воздухом и скорее согреться. Посидев так минут десять, она даже задремала. Ей привиделся сон. Она висела в воздухе, плавно перебирая ногами и руками по очереди, будто плыла, только вместо воды был воздух. Вокруг нее кружились чистые холсты на мольбертах. Ножки мольбертов танцевали сами по себе. В руках она держала ту самую янтарную кисть. Олса кружилась и танцевала вместе с холстами, под музыку, исходившую из пролетавших мимо цветов.

Что странно, летели они не вниз, а вверх. Казалось, небо и земля поменялись местами. Олса взмахнула кистью. Один мазок, два, три и вот уже интересная картина на одном холсте, изображающая Рождество. Еще несколько взмахов и вторая картина на другом холсте, летящая птица неизвестного происхождения. Хвост как у белого павлина, а вместо перьев на теле и крыльях кленовые листья. Клюв у птицы напоминал ключ, тот, что у Олсы от потайного ящика. Вдруг птица слетела с холста. Она стала кружить рядом и издавать звуки, похожие на мяуканье котенка.

Олса поежилась в одеяле. По телу пробежали мурашки, и она очнулась от дрема, продолжая слышать мяукающий звук, который исходил из птицы в сновиденье. Олса немного напряглась, не понимая где она, во сне или наяву. Через секунд десять, она отошла от временного забвенья. Но звук не прекращался, а наоборот усиливался и становился все более жалостливым. Тогда Олса поняла, что за дверью кто-то есть.

Она толкнула дверцу. И действительно, там съежившись от ветра, распушив пуховую, белую, как снег шубку, сидел котенок. Он жалобно плакал на своем языке. Олса аккуратно взяла бедное животное и внесла его в домик.

– Бедный. Как ты тут оказался в такую непогоду? – разговаривала с котенком она. – Ты наверное очень голоден? Но здесь кроме чипсов и воды ни чего нет, – Олса взяла чашку из которой сама пила и налила воды из бутылочки.