Девственницы для пыток

 – Тебе выпала честь стать одной из его куколок в личном гареме, уж не знаю, чем ты ему приглянулась, но ты будешь жить.

Парень с презрением и брезгливостью разглядывал окровавленное тело.

– Ага… Будешь жить, если переживешь операцию. – Усмехнулся он на прощание и вышел.

Юля тоскливо оглядела свою новую келью в этом подвальное помещение, где, казалось, время остановилось в жутком молчании.

Унылые кровати, стоящие в стройном ряду добавляли свою каплю тоски. Каждая из них казалась своего рода темным алтарем, предназначенным для чего-то зловещего.

Юля оглядела помещение, ощущая, как дрожь проходит по ее телу. Искусственный свет был очень ярок, но он был слишком фальшивым. Это помещение никогда не видело солнечного света, и осознание этого еще больше нагоняло жути.

В этой комнате царила атмосфера забытых мучений и безнадежности. Пустующие кровати словно кричали о потерянных надеждах и сломанных судьбах. Их было много. Чтобы посчитать, нужно было встать с кровати, но Юля не хотела лишний раз шевелиться.

К тому же, ей было абсолютно параллельно, сколько тут кроватей. Она понимала, что оказалась в месте, где сбываются кошмары, и ей было страшно даже думать, что могло произойти на этих безжизненных ложах.

Юля лежала на каталке и не могла пошевелиться. Ее взгляд был устремлен в потолок, и она заторможено смотрела на красные круги, которые расплываются перед глазами, ей казалось, что если она будет наблюдать за ними, то сможет отвлечься хоть немного от невыносимой боли.

Яркий свет резал глаза, заставлял их слезиться, но этого дискомфорта она не чувствовала – в голове крутилась только одна мысль, это выжить после операции.

Этой ночью ей не удалось поспать, большую часть времени она молилась, чтобы просто уснуть и больше не просыпаться никогда! Чтобы не видеть этот ад и не чувствовать больше боли.

Однако, на следующий день никто не пришел, чтобы отвезти ее на операцию.

Ближе к вечеру в комнату вошли две местные жительницы в черном, их лица были изуродованы настолько, что было страшно смотреть.

Они вымыли бедняжку и помогли немного облегчить страдания, смазав раны.

– Пожалуйста, помогите мне, как мне отсюда выбраться? – прошептала она дрожащими губами.

Изуродованные женщины никак не реагировали на ее слова, эти женщины выглядели так, словно из них вытащили душу, просто механически выполняли свою работу, а их взгляд был настолько безжизненным, что пугал даже больше, чем обезображенные лица.