Наказание для отчима

Мы схватили Влада за ноги, из-за чего он резко перевернулся в багажнике и долбанулся головой об его стенку. С силой навалились – такого кабана все-таки было очень тяжело тащить – и выволокли на свет. Он рухнул на землю всей громадой своей туши и не шевелился, тихо продолжая скулить.

– Взяли! – скомандовала я.

Настя схватила одну ногу, а я – другую. Потащили его по траве в сторону дома. Трава так сильно приминалась, что оставался широкий прямой след, как будто мы везли трактор, а не человека.

Через какое-то время подошли к двери в подвал.

Остановились, чтобы отдышаться.

– Значит так, – сказала я. – Сейчас я открою дверь, там горка. Его мы без проблем скатим, а сами осторожно следом, смотри шею не сверни.

Настя кивнула.

Я с небольшим усилием распахнула дверцы, они противно лязгнули. Из погреба потянул влажный воздух, пропитанный страданиями. Мы толкнули Влада вниз, он кубарем покатился по горке и приземлился, с глухим стуком ударившись о землю всей массой.

Я стала залезать в погреб сама, как вдруг Настя схватила меня за локоть и повернула к себе.

Я подняла брови.

– Сколько уже их было?

– Кого?

– Мужчин, которых вы привозите и кидаете в подвал.

– Этот четвертый.

– И сколько из них остались живыми?

– Двое вместе с твоим отцом. Пока двое.

– Хорошо, – она шумно выдохнула. – А сколько еще вы планируете поймать?

– Человек пятнадцать или двадцать, я точно не помню. У меня есть список, на котором я отмечаю красными крестами тех, кого уже настигла.

Она снова кивнула и первой пошла вниз. Шаг за шагом, боком спускалась по земляной насыпи. Я шла следом. Вдруг снизу раздался вопль, я вздрогнула.

– Что там еще?

– Я наступила на него. Совершенно случайно! Кажется, прямо на лицо…

Я вдруг хохотнула – ситуация показалась очень комичной. Настя – садистка по своей природе – отчаянно пытается быть хорошей девочкой, но не сдержалась и наступила ботинком прямо на рожу своему папаше.

Она, услышав, что я смеюсь, снизу засмеялась тоже.

Тем самым своим жутким смехом, который однажды меня уже так напугал. Но теперь я поняла, что этой ночью будет жарко, даже не жарко, а горячо. И теперь не только из-за печки, которую я разогреваю, чтобы начать пытки.

Я спрыгнула на землю, вдруг захотелось немного полихачить. Отряхнула руки.

– Давай отнесем его вон на ту лавку! Сейчас темно, не видно ничего, но я скажу, как надо остановиться.

И снова мы поперли Влада.