Во власти босса

Меня захлестывала какая-то удивительная смесь абсолютного бесстыдства и прямо-таки монашеской стыдливости. И этот гремучий коктейль чувств возбуждал еще больше. От безудержного желания затвердели не только соски, но и вся грудь. Я еле сдерживала себя, чтобы не вцепиться в босса и не начать целовать его взасос, раздирая при этом ногтями его спину.

И одновременно с этим мне ужасно хотелось отпихнуть его, плюнуть ему в лицо и наговорить таких гадостей, от которых он погрузится в мрачную депрессию до конца своих дней.

Ведь я же его ненавижу! Или нет?

Да, он нравится мне как мужчина. Чисто внешне. Но внутри этого красавца сидит настоящее чудовище. А когда он орет на меня, я почему-то всегда думаю, с каким бы удовольствием ударила бы его чем-нибудь тяжелым, чтобы он больше никогда не мог повышать на меня голос.

И пусть он меня притягивает, пусть я хочу его до безумия. Это не отменяет того факта, что я всегда ненавидела, и сегодня – особенно!

Внезапно босс ослабил наступление и даже слегка разжал объятия.

Он словно давал мне шанс прекратить это безумие в рабочем кабинете и сохранить свою женскую честь. Да, он явно предоставлял мне возможность удалиться восвояси с гордо поднятой головой и лишь слегка измятой юбкой.

Но, Боже мой! Это же бесчеловечно! Это все равно, что дразнить стаканом ледяной воды человека, который изнемогает от жажды в раскаленной пустыне!

Нет. Это выше моих сил. Я не могу отказаться от открывшегося передо мной наслаждения.

Будь что будет! К тому же, мне теперь совершенно ясно, что здесь я больше не работаю. Так почему бы не отпраздновать избавление от власти этого тирана грандиозным сексом в его кабинете?

Мой босс – невыносимый зануда, деспот, самовлюбленный кретин, считающий, что лучший способ управления заключается в бесконечных придирках, потоке вежливых оскорблений и создании такой атмосферы, когда подчиненные постоянно ощущают собственную бездарность и некомпетентность.

Помню, как однажды он довел меня до слез.

Это было очень жестоко и грубо. Я составляла какой-то отчет – он перечеркивал в нем три дня каждую строчку, заставляя переделывать снова и снова. Это было ужасно. Я чувствовала полное неудовлетворение своей работой и хотелось послать его подальше со всеми придирками.

До слез он довел меня очень сильно. Я буквально час, а потом еще и весь вечер рыдала. Переживая по поводу того, что у меня не получается как надо.