Сердце трона

Если не вдаваться в подробности, то я хотел таким образом защитить Крэйна от обвинений в том, что он якобы знает больше, чем ему дозволено. Дэмьен был до жути мнительным человеком, и я опасался, что он может ему навредить.

– И что теперь? – спрашивает Крэйн, поглаживая усы.

– Ясное дело, трон перейдет госпоже. Если, конечно, никто вовремя не подсуетится и не перевернет Дворец с ног на голову. В такую ночь может случиться что угодно.

– Ты думаешь, ее жизнь в опасности?

– Возможно. На всякий случай я усилил охрану замка.

Но даже мы если обойдемся без покушений, надо признать, что госпожа слишком юна и неопытна, она еще не готова нести корону без поддержки и легко попадет под чье-то влияние. Кто приберет ее к рукам – тот и будет править миром.

– Ты ч-чего? – шепчет Крэйн, проверяя, нет ли кого за окном. – Ты говоришь про королеву, а не про… Как можно?

Он закрывает окно ставнями, тушит свечи. Глаза у него круглые и встревоженные. Я никогда не посвящал его в дела государства, не обсуждал с ним ни короля, ни его семью.

Неудивительно, что он в замешательстве. Крэйн из тех людей, которые боятся выйти за рамки правил, ошибиться в словах или проявить мало уважения к вышестоящим. Он думает, за любую неосторожность следует отвечать, но это не всегда правда. Обычно этим недугом страдают люди преклонного возраста, жившие в более жестокое время, когда за малейшую провинность казнили. Крэйну как раз далеко за сорок.

– Как ты можешь порочить имя династии?.. – спрашивает он, хмуря густые седые брови.

 – Ты клялся ей в верности.

– Сам же знаешь, что нет.

Старик краснеет – он не мог забыть. Я должен был сделать это в день коронации Дэмьена, но поменял в тексте клятвы династию на Его Величество и поклялся в верности одному королю. Это не могло остаться незамеченным, так как шло наперекор порядку, и текст клятвы с начала эры ни один из подданных не осмелился нарушить.

– Я теперь свободен, – говорю. – Я принадлежал Дворцу, потом принадлежал тебе, затем Ордену, наконец господину… А сейчас сам себе хозяин.

Представляешь? – Я невольно ухмыляюсь. – Здорово я придумал, правда?

– Разве это не воля короля, чтобы ты…

– Нет, я даже не предупредил его.

– Ты пошел против обычая… – Он отрицательно качает головой. – Нарушил церемонию.

– Дэмьена это, между прочим, весьма тронуло.

Крэйн кладет кружку горячего напитка передо мной, а сам садится с другого конца стола.

– Что теперь с тобой будет? – спрашивает он.