Миллион в лохмотьях

Голос подает, вроде как жив, а до двери доползти не может.

– Так чего же ты ждешь? – удивился Крячко. – Бери штатного медика, вези к своему Димарику, ломай дверь и начинай реанимацию.

– Сам знаешь, что это незаконно. Вломиться в его квартиру и начать оказывать медицинскую помощь медики могут только с заявления родственников.

– Или соседей. Найди сговорчивого соседа, пусть позвонит, подаст сигнал, что сосед в квартире вроде как о помощи просил, мол, помогите, умираю. Этого будет достаточно.

– Может, действительно придется, вряд ли он скоро сам проспится.

Девица с верхнего этажа сказала, что родственник, снабжающий его алкоголем, приезжал как раз перед моим появлением. Значит, пойла Димарику дней на десять хватит. Три дня он уже пьет, осталось семь.

– Да за семь дней бездействия тебя пресса во главе с мэром живьем съедят! – воскликнул Стас. – А что ты будешь делать, если он от своего пойла крякнет раньше, чем выйдет из запоя?

В трубке повисла пауза, Гуров оценивал риски. Крячко это понял и решил поднажать:

– Слушай, хочешь, я сейчас приеду? Возьму кого-то из ребят-медиков и к тебе.

До утра мы твоего Димарика реанимируем, возьмем показания, а потом пусть пьет себе, пока не упьется.

– Я подумаю над твоим предложением, – ответил Лев. Ввязываться в очередную авантюру, которыми регулярно фонтанировал напарник, ему не хотелось, несмотря на то что он и сам считал, что принудительная реанимация, возможно, единственный выход.

– Да что тут думать, – разошелся Крячко, – соглашайся, пока не поздно!

– Подожду до утра.

Если ничего не изменится, тогда буду действовать по твоему плану.

Закончив разговор и положив трубку, Лев крепко задумался. Стас прав: Димарик – единственный шанс понять, кто такой этот Кудряшов. Если дать ему упиться до смерти, можно дело Кудряшова отправлять в архив. И все же вламываться в квартиру, производить принудительное лечение – это как-то чересчур. И тут ему по-настоящему улыбнулась удача. Телефон снова зазвонил, он взглянул на дисплей – номер оказался незнакомым, нажал кнопку приема вызова и услышал мужской хриплый бас:

– Привет, полковник! Успел соскучиться?

– Добрый вечер, Зоя.

 – Фамильярность жилицы дома тридцать семь Гурова не удивила. – Что-то важное вспомнили?

– Круче. Подарок у меня для тебя, закачаешься. – Голос Зойки звучал возбужденно. – Ты таких подарков и в Новый год не получал. Не терпится узнать?

– Признаюсь, заинтриговали, – подыграл ей Лев.