Мир тесен

И Маша, которая была на два года моложе, и внешне красивее Сони, с большими синими глазами и светлыми волосами, собранными в косу, похожая на Василису Прекрасную, но говорившая просто, смеявшаяся громко, в недорогой и скромной одежде уступала ей. Пять дней пролетели незаметно. Илья понимал, что Николай не приедет на его свадьбу и с одной стороны огорчался, с другой был рад. Илье повезло с невестой и тещей, но сильно не повезло с тестем. Среди всех его недостатков на первом месте было пьянство. За год дружбы с Соней он видел будущего тестя либо пьяного, либо с глубокого похмелья.

За какие заслуги его еще держали в армии, для Ильи было загадкой. Он боялся, что тесть может испортить свадьбу, которую так ждала Соня и решил: «Зачем Николаю такое знакомство?». Молодые приготовили подарок для Ильи и Сони: – «Поздравлять заранее нельзя, а дарить подарки можно». Когда братья прощались на вокзале, оба знали, что увидятся нескоро.

Через две недели Николай с молодой женой вернулись к месту службы. Им предоставили комнату в общежитии, светлую и просторную, которую Маша преобразила за три дня, здесь стало по-домашнему уютно.

Очень быстро она познакомилась с другими женами, всегда находила себе дело и скучала только тогда, когда полеты у Николая «затягивались». Угнетало обоих отсутствие детей. У Ильи родился сын в 1956 году, а вот Маше сообщили, что она детей иметь, скорее всего, не сможет. Весной 1960, получив телеграмму от Ильи о рождении дочери, Маша вообще впала в депрессию, и тогда было принято решение усыновить ребенка, но сделать это надо было так, чтобы меньше людей знало об этом. О передислокации в европейскую часть страны шли разговоры, но им нужен был «индивидуальный» отъезд и не такой длинный. Видя страдание жены, играющей с соседскими детьми, Николай решился. Он вспомнил о письме, полученном в канун Нового 1960 года, точнее открытке, вложенной в конверт, отправленной из Киева – «Кольша! Поздравляю тебя и твою жену с Новым голом! Успехов тебе в службе и ясной хорошей Погоды на взлете. Будь счастлив. Егор». Николай тогда раз пять перечитал эту «шифровку». Ни кто его не называл так никогда. «Стоп! Отец!» – вспомнил он. Так называл его отец в далеком детстве. – «Почему погоды с большой буквы, такого выражения нет у летчиков?» До него дошло! Писал отец, а хорошая погода – это начальник штаба Погодин. «Конспиратор!». Это было год назад. «Пойду к Погодину» – решил он.

Уже через несколько дней он был в штабе. Погодин как будто ждал его.