Счастье на осколках

Это беспредел! Я сумею за всё с ней рассчитаться.

– Раз решила идти до конца – терпи. Пару недель, месяц, два терпи, и я тебя вытащу.

– Не надо, Марина. У тебя семья и карьера, а я через пять месяцев выйду. Мне теперь спешить некуда.

– Нет, подруга. Мы снимем с тебя судимость, и уже сами будем требовать компенсацию. Только так можно восстановить справедливость. Это уже дело принципа.

– Мариша, у меня соседка по камере Лазарева Ольга. Вот ей нужна реальная помощь. А ещё у неё, возможно, есть фото, чтобы испортить жизнь Вершининой.

Поговори с ней. Если игра стоит свеч, помоги.

– Я обязательно встречусь с твоей соседкой.

– Марина, как ему удалось вывезти Варю?

– А ты не догадываешься? Сестра подсуетилась, выдав себя за тебя. С разводом и местом проживания ребёнка с отцом была согласна. Есть заявление. Судья вынес решение. Канаде плевать на наши законы. Начнём обвинять Диану в мошенничестве, можем проиграть или навредить ребёнку. Пока Сергей не вернётся в Россию или не вернёт её добровольно, у нас нет шанса.

Мы можем обратиться в компанию, которая приняла его на работу. А будет ли толк? Вернёшься, поговоришь с отцом. Возможно, он сможет тебе помочь.

Марина подала документы на пересмотр дела Дарьи и стала адвокатом Лазаревой Ольги. Через неделю маховик правосудия медленно закрутилось в обратном порядке, а через месяц решением суда Ольга была оправдана, а материалы вернули на доследование.

Дарья покинула изолятор двадцать первого ноября, проведя там три месяца и двадцать дней.

Она сильно похудела, Лицо стало бледным, с синими кругами под глазами, взгляд потух, говорила мало, слушала и не слышала. Решением суда сняли все обвинения и компенсировали моральный ущерб. Марина привезла её домой.

– Мариш, ты не обращай внимания ни на мой внешний вид, ни на поведение. Я привыкла молчать, отвыкла плакать. Время не лечит. Оно притупляет боль, к которой ты привыкаешь и с этим живёшь.

– Дашка, в квартире я не наводила порядок. Хотела, чтобы ты сама посмотрела на дело рук своей сестры.

Я позвоню Анне Ивановне?

– Не нужно. Я никого не хочу видеть, а особенно семью Грачёвых. Ты же не думаешь, что они были не в курсе того, что делал Сергей?

– Хорошо. Дай мне полчаса. Давай в ванную, а я соображу, чем нам позавтракать. Дашка, не кисни. Всё наладится, дай время.

Марина ушла, а Дарья обошла квартиру. В маминой спальне открыла шкаф и прислонилась лицом к её одежде, которая хранила знакомый запах. Части вещей не было.