Если свекровь – ведьма (авторская редакция)

Дальше было открытое пространство, деревьев было мало – и были они все аккуратные, с кронами-шарами, так что особо не спрячешься. Но все уже собрались под шатром, только девочки играли на лужайке да слуги сновали от шатра к дому и обратно. Так что вряд ли кто обратит на меня внимание.

И я пошла напрямик. Из шатра слышались голоса, смех. Я бы тоже могла там быть, со всеми этими веселящимися людьми.

Но чего только я не натерпелась от них за это утро: мне пожелали, чтобы я осталась хромой на всю жизнь, прилюдно обвинили во лжи (и совершенно несправедливо!), забросали плюшками и дали оплеуху.

Никто не задержал меня, когда я шла через лужайку. Но когда я приблизилась к углу дома, я услышала Мишин голос:

– Вика!

Я обернулась. Ко мне бежал Миша. А за ним важно ступала Далия Георгиевна.

– Ты куда? – спросил Миша.

Я только неопределенно пожала плечами. Потому что знала: если начну говорить – разрыдаюсь.

– Мама хотела… – виновато сказал Миша.

– Что? – с вызовом спросила я подошедшую Далию.

– Извиниться, – процедила она сквозь зубы.

– И… – посмотрел на мать Миша.

– Пригласить тебя присоединиться к обеду, – сказала Далия, высокомерно глядя на меня.

– Спасибо, – гордо вскинула я подбородок, – я не голодна.

– Вика, – умоляюще произнес мой жених. – Ты правда хочешь, чтобы мы уехали домой?

– Я хочу уехать. Ты можешь оставаться.

– Оставайтесь оба, – нехотя сказала Далия.

– Зачем? – вопросила я. – Чтобы вы и ваши гости снова меня оскорбляли?

– Это было небольшое недоразумение, – нервно сказала Далия.

 – Такое бывает, когда сталкиваются совершенно разные э-э… слои общества. Это как встреча цивилизации с дикарем.

– С дикарями, – уточнила я.

Далия раздула тонкие ноздри:

– С дикарями?

Миша усмехнулся.

– Хорошо, – сказала Далия, – мы тогда немного… перешли границу, – и спросила нетерпеливо: – Ну так как, остаетесь?

Я собираюсь прожить с Мишей всю жизнь. Мне все равно придется так или иначе сталкиваться с его родственниками.

Поэтому попробую наладить какой-никакой худой мир, который лучше доброй ссоры.

Я вопросительно посмотрела на Мишу – он умоляюще глядел на меня своими милыми карими глазами.

– Остаемся, – вздохнула я.

– Тогда поспешите, – сказала Далия и посмотрела на свои наручные часики, – обед начнется через пять минут.

Она бегом процокала по бетонным плитам к крыльцу, а оттуда – по дорожке – к шатру.

И тут Миша, улыбаясь, говорит мне:

– У тебя лицо полосатое.