Ты и только ты

Хватаю отца за ногу и вонзаюсь зубами, прокусывая брюки и кожу.

– Какого хрена?! – отец хватает меня за шкирку, поднимает в воздух и бьёт кулаком по лицу так, что слышен хруст ломающихся костей. Из носа тут же начинает хлестать кровь.

– Отпусти его! – мать подлетает ко мне, но отец лишь усиливает хватку. – Бабло гони. Тогда отдам сына.

– Нет у меня денег, козёл! Не-е-е-ет! Ничего!

Я знаю, что мать трудится на фабрике до изнеможения, чтобы обеспечить нам хоть какую-то стабильность. Пока отец сутками напролёт пропивает весь её заработок.

– Ирка сказала, что вы сегодня зарплату получили. Не ври мне! – его мощный кулак впечатывается в мой живот.

– Не-е-е-ет! – кричит мать и от ужаса закрывает рот руками.

Отец психует и со всей дури кидает меня на диван. Я сворачиваюсь калачиком от боли и зажмуриваюсь. Но слышу, как отец обрушивает свой гнев на мать. Удар за ударом. Её крики сменяются хлёсткими звуками побоев. Сестра начинает громко плакать. И я понимаю, что бездушный монстр сейчас возьмётся и за неё.

Только не Машка! И так тощая. Больная. Она не выдержит!

Не знаю, откуда силы берутся. Напрочь забываю про боль, которая до этого прошибала тело, отнимая силы дышать. Срываюсь с дивана и бегу к двери! Знаю, что сам не справлюсь. Нужно звать на помощь!

Мне везёт. Отец не сразу замечает мой побег. Я выбегаю в коридор и краем глаза успеваю заметить, как мать отчаянно вырывает сестрёнку из рук чудовища.

– Не смей! Она больна! Убьёшь!

Я бегу по тёмному коридору и в панике колочу кулаками во все двери.

– Помогите! Помогите! – кровь хлещет из носа. Я захлёбываюсь, но не останавливаюсь ни на секунду. На мой истошный ор выбегают соседи. Жуткое зрелище окровавленного и избитого ребёнка их пугает. Женщины хватаются за сердце.

– Рафаэль, что с тобой случилось?

Не могу говорить, боль прошибает от макушки до пяток. На ногах еле стою. Только рукой показываю на нашу дверь.

Народ сбегается на шум в комнате. И я плетусь, как могу. Нехорошее предчувствие подступает комом к горлу.

Все вдруг разом замолкают. Шум исчезает. Мир как будто погружается в вакуум.

Как калека, ковыляю на ватных ногах и замираю у порога. Мать лежит вся в крови на диване, лица не видно. Одно сплошное месиво. Сестра у неё на руках. Тоже не шевелится и почему-то больше не плачет.

А рядом отец стоит.

И у него кровь. На одной руке. Вместе с ножом, с которого стекает красная вязкая струя. Прямо на Машкину любимую куклу.

Не понимаю, что произошло.