Неподдающийся

Лошадь или ребёнок могут испугаться резкого движения, звука, и тогда месяцы труда пойдут насмарку.

– Пойдём в дом, с клубом познакомишься завтра, – Игорь вытащил из багажника её чемоданы и двинулся к крыльцу.

– С каким клубом? – удивилась Света. – Мама говорила, что у тебя лошадиная ферма.

– Ну это почти одно и то же, – улыбнулся Игорь её детской непосредственности. – Только на фермах лошадей разводят, а мы даём уроки верховой езды.

– Понятно, – кивнула девушка, но по выражению её лица он понял, что ничего не понятно.

Впрочем, неважно, со временем освоится.

Игорь открыл дверь ключом. За ней уже слышался нетерпеливый скулёж. Ну ещё бы – его ж не было несколько месяцев, как тут не соскучиться.

– Надеюсь, ты не боишься собак? – повернулся он к Свете, прежде чем открыть дверь.

– Нет, конечно, – уверенно улыбнулась она. – Это же так здорово, когда дома живёт собачка. Мне мама никогда…

Света не договорила. В этот момент Игорь открыл дверь и распахнул её настежь.

Зашёл внутрь и втащил чемоданы. Девушка вошла следом за ним.

Чак, бросившийся было поначалу скакать вокруг вернувшегося после долгого отсутствия хозяина, тут же переключил своё внимание на прекрасную гостью. С громким лаем он подпрыгнул, толкнув её в грудь передними лапами. Света упала навзничь.

– Нет! Чак, нельзя! Фу! – закричал Игорь, стараясь удержать её. Но было уже поздно.

Огромный чёрный пёс пристроился к согнутой в колене ноге девушки и с совершенно довольным видом совершал частые поступательные движения.

Ошалевшая от страха и неожиданности Светка молча лежала, глядя на творившееся безобразие круглыми глазами.

– Чак, фу! – Игорь ухватил пса за ошейник и утащил в сторону. Тот миролюбиво завилял хвостом, показывая, что сотворил сие непотребство не со зла, а исключительно по любви.

И, когда хозяин потащил его в сторону тёмной ванной комнаты, Чак изо всех сил упирался и скулил, взывая к защите своей избранницы. Но та, приподнявшись на локтях, лишь обалдело смотрела на него.

Жестокосердная…

– Ты что творишь, гадёныш? Я тебя кастрирую, мерзавца! – зло прошептал ему хозяин. Но, заметив его тоску и раскаяние, добавил. – Я ж себе такого не позволяю.

Чак смирился с поражением и позволил Игорю запереть себя в ванной первого этажа.

– Извини, не знаю, что на него нашло, он обычно на гостей не бросается, – мужчина подошёл к Свете и помог ей подняться на ноги.