Небесный страж

– О каком парфюме речь? – вопросительно посмотрел на секретаршу Стас. – Я утром после бритья протерся обычным лосьоном. Он у меня уже с месяц. Да и стойким я бы его не назвал, поди, пока бегаю, давно и выветрился. Может, Мария Леонидовна нашему Льву Ивановичу привезла из-за «бугра» что-то импортное, со всякими там прибамбасами? А? – повернувшись к Гурову, он хитровато подмигнул.

– Да будет ерунду-то городить – решительно отмахнулся тот. – У меня все тот же лосьон «Спектр», которым пользуюсь последние года три.

Раньше же ничего такого не замечалось? Нет. Стоп! Вер, а ты нас случайно не разыгрываешь? А то вдруг приколоться решила?

Верочка недовольно скривила губы и наморщила свой носик:

– Ну, сегодня же не первое апреля! С какой стати стала бы я вас разыгрывать? Просто, когда вы проходили к Петру Николаевичу, я сразу почувствовала, как волна парфюма разошлась по приемной. Меня это еще удивило – что за дивный запах? Что за духи? И вот сейчас я явственно чувствую, что от вас пахнет просто фантастическим.

Ну-ка, вы позволите? – Она встала из-за стола и, подойдя к операм, склонилась к их лицам, осторожно принюхиваясь: – Ну да! Оба где-то чем-то надушились! А вы сегодня в каких-нибудь парфюмерных бутиках не работали? Вдруг там вас ненароком побрызгали?

Опера снова переглянулись.

– Вера, а что именно напоминает ощущаемый вами запах? Сирень, ландыш, розу, лимон… Можете определить? – поинтересовался Гуров.

– Нет, нет, нет! Знакомого и близко ничего такого не улавливается… – помотала головой секретарша.

 – Разве что отдаленно напоминает амбру. Запах едва уловимый, но – потрясающий!

– Вообще-то мы сегодня были в посольстве Буттулала – это небольшое такое княжество в Юго-Восточной Азии, – потерев подбородок, задумчиво заговорил Стас. – Может, у них там чего набрались? Восток, как говорится, дело тонкое…

– Да, кстати! – Лев вскинул палец. – Я еще там заметил, что когда мы шли от посольства к машине, проходившие мимо нас женщины как-то странно оглядывались.

Мужики, кстати, – ноль эмоций. Мы же сейчас сколько просидели у Петра Николаевича? Ну и? Он ни слова не сказал про парфюм.

– Ешкин кот! – хлопнул себя по лбу Крячко. – Кажется, я понял! Мы же там обедали. Может, они чего-то такого в еду добавили? А приправ там и в самом деле было много. Вкус странноватый. Но – обалденный!

Подумав, Гуров согласился с ним:

– Точно! Точно, точно, точно! Это они нам в жаркое засандалили каких-то своих афродизиаков.