Не говори об этом мужу

Крячко в дальнем углу, где у них располагался уютный диванчик и столик с электрическим чайником, выкладывал из пакета банку кофе, коробку сахара, печенье. Он обернулся на вошедшего Орлова и с улыбкой сказал:

– А что я тебе говорил, Лева! Интуиция – великая вещь!

– Ты о чем, Станислав? – удивился генерал, пожимая руку.

– А это он о том, – поднимаясь из-за стола и подходя к столику, сказал Гуров, – что от своих дел и проблем ты к нам не бегаешь. Перед планеркой ты весь в мыслях и делах. Но стоит тебя вызвать к начальству на абсолютно бестолковое совещание, на котором просидишь, потеряв уйму рабочего времени, тогда ты сразу идешь к нам, чтобы выпить с нами чашечку кофе.

– Эх, ребята! – обреченно махнул рукой Орлов. – Знали бы вы, как обидно порой терять столько времени.

– Знаем, Петр, – заверил Гуров. – Все знаем. И тебя много лет знаем. Мы просто поговорим, даже не о делах.

– Ага, – со странной усмешкой отозвался Крячко, разливая по чашкам кипяток.

– Ребята, я приглашаю вас на очень интересное театральное событие, – произнес Лев, принимая свою чашку с кофе.

 – Через месяц у нас начнется театральный конкурс всероссийского масштаба. Приезжают артисты из многих ведущих театров страны и из очень молодых коллективов. Маша рассказывала, что готовятся очень интересные работы. Театр не стоит на месте, он развивается, идет в ногу со временем.

– Лучше бы не торопился так, – улыбнулся Орлов. – Знаете, ребята, так иногда скучаешь по классике, по старому, традиционному.

– Стареешь, – заключил Крячко, тоже усаживаясь с чашкой. – Первый признак старости – это когда о прошлом жалеешь больше, чем о будущем.

– А о будущем я тоже жалею, – покачал головой генерал. – О том, чего не успеваю сделать, о том, чего и не успею. Я вполне трезво оцениваю свои возможности, поэтому спокойно отношусь к тому, чего не успею сделать в этой жизни, чего уже никогда не смогу сделать по причине и возраста, и… кое-чего другого. Нет, жалеть не в моем характере. Я просто стараюсь успеть сделать то, что в моих силах, и это для меня нормально.

Без рефлексов!

– А в чем-то Станислав прав, – задумчиво ответил Гуров. – С возрастом мы перестаем мечтать. Чем меньше осталось, тем меньше мечтаешь, потому что ты уже трезво оцениваешь то, что сможешь и чего точно не сможешь.

– Эй, эй! – беспокойно закрутил головой Стас. – Это куда вас понесло? И главное, меня в это дело втянули, мою точку зрения в свои пессимистические схемы уже пристроили.