Любовь и… любовь

Письма были нечастыми и не давали даже искорки тепла, которого так жаждала её душа. Сын по-деловому описывал свои достижения на чужой ферме, радовался собственным успехам, но совсем ничего не писал о своих чувствах к ней. Он явно не скучал по матери.

А потом пришло письмо, которое окончательно добило её.

«Я всё больше чувствую себя здесь своим, мама, – писал её сын. – Работники относятся ко мне с уважением, как к молодому хозяину. А Анет сказала, что я заменил ей сына, которого она много лет назад потеряла ещё ребёнком.

И она готова сделать меня своим официальным наследником. Но для этого я должен признать её своей матерью. Таково её требование, и я его понимаю. Так что прости, мама, последний раз я говорю тебе это слово. Отныне я сын другой женщины. Поэтому писать тебе больше не буду, Анет против. Прощай. И прости меня, если можешь».

Письмо это долго стояло у Лики перед глазами, разрывая ей сердце, как злобный хищник своей большой когтистой лапой. Все мысли ушли из головы.

Остались только пугающая пустота и боль. Жуткая давящая боль, от которой некуда убежать, негде спрятаться.

Поделиться своим горем можно было только с тёткой. Но утешение она давала слабое. Она и сама была бита жизнью не раз и не два.

– Не надо так убиваться, Анжелика, – уговаривала она племянницу. – Пожалей себя. Мужчины все до единого гады ползучие, а твои в особенности. Тут уж ничего не поделаешь. А жизнь вообще подлая штука, от неё только и жди новых гадостей.

Такова была жизненная позиция этой несчастной женщины, безжалостно обделённой судьбой и практически не видевшей радости за все долгие годы, что прожила под солнцем.

Но когда она внезапно умерла, Лике стало ещё хуже. Инсульт свалил женщину с ног буквально на ходу, она даже слова сказать не успела. Её дети быстро поразбирали своих чад, навешанных на бабушку, продали квартиру, поделили деньги, и были таковы. На городском кладбище скромную могилку проведывала одна лишь Лика.

Но ей самой становилось всё хуже.

И дело было не только в постоянной глухой тоске. Женщина начала понимать, что не просто придавлена отчаянием и горем. Дело зашло гораздо дальше. Лика с ужасом осознала, что теряет способность управлять собственной жизнью.

Пришлось искать помощи у медицины. И тут ей повезло. Она попала в руки замечательного врача. Наталья Карловна была не только специалистом высокого полёта в своей области, но и добрейшей души человеком.