Уроки Камасутры

Но здесь… Он быстренько сбросил с плеча рюкзак, помыл руки под стареньким и кое-где побитым рукомойничком во дворе – прелесть какая! – и уселся за стол. Егор Степанович присоединился к нему, и они провели удивительно приятный ленч, поглощая вкуснющие блюда, приготовленные руками Матрёны Евграфовны, и неспешно беседуя. Хозяйка сделала всё, что считала нужным, и тоже присоединилась к ним. Отдых начинался замечательно. Потом Вадим Алексеевич поднялся в выделенную ему комнатку. Она оказалась наверху, под крышей, но была на удивление уютной.

Он выложил из рюкзака вещи, переоделся и отправился знакомиться с озером. Гулял долго. Под вечер вернулся удовлетворённый, слегка уставший от прогулки, воды и обилия свежего воздуха, поужинал и завалился спать. Первый день отдыха прошёл «на ура».

Рано утром его разбудили петухи, которые горланили на разные голоса. Их оказалось в хозяйстве всего три, но шум они создавали такой, словно их здесь целый батальон. Мужчина весело рассмеялся и спустился вниз, к деревьям, ручью и прыгающим вокруг белкам.

Приятный отдых покатил дальше. Три дня пролетели в великолепном ничегонеделании, наслаждении лесом и озером. Он вдоволь наплавался, даже рыбку половил, чем вызвал одобрительную улыбку хозяйки и молчаливый восторг кошки Муськи, которой тоже досталось кое-что от его улова. Успел подружиться с огромным и устрашающим на вид волкодавом Тимофеичем, который оказался удивительным добряком. В общем, Вадим Алексеевич пребывал на верху блаженства. И вдруг…

Было позднее субботнее утро.

Дни недели и числа он ещё помнил. А вот почему они вчера вечером так надрались вдвоём с Егором Степановичем, запамятовал напрочь. Он, конечно, привёз с собой бутылочку приличного коньяка (и не одну, следует признаться), но и хозяин поставил на стол что-то эдакое, не совсем понятное, но идущее как по маслу. В общем, подниматься к себе наверх ему было потом ох, как нелегко. И проснулся он куда позднее обычного. Хозяин – человек тренированный – уже ушёл по своим лесниковским делам, а сердобольная Матрёна Евграфовна поднесла ему маленькую рюмочку вчерашнего зелья, и жизнь стала налаживаться. Потом он съел несколько вкуснющих блинчиков с малиновым вареньем, выпил чаю и совсем ожил. Он плескался возле кадки c водой во дворе, наслаждаясь каждой пригоршней прозрачной жидкости, попадавшей в лицо и на голую грудь. От полного удовольствия он даже замурлыкал что-то и вдруг инстинктивно насторожился, прислушиваясь. Что-то было не так. Оглянулся. Так и есть.