Время помнить и время забывать

Он удачно женился на Вайолет Хансон, и она принесла ему вполне приличное приданое, позволившее Арчибальду поддержать поместье, обновить дом и довольно прилично устроиться в жизни. У них росла единственная дочь Беренис. Девочке сейчас должно быть где-то около восьми лет.

Виконт с трудом сглотнул вставший в горле ком.

– А их дочь? – спросил хрипло.

– Вот о ней и пойдёт речь, лорд Гордон, – откликнулся поверенный. – Девочка жива и здорова, но осиротела. И вы, милорд, её родной дядя, оказались единственным, кто может взять над ребёнком опекунство.

Родственники её матери не могут рассматриваться в этом качестве.

Это был ещё один удар для виконта. Мало того, что он лишился любимого брата, так на его плечи ложится теперь забота о его осиротевшей дочери. А он понятия не имеет о том, как обращаться с детьми, тем более с девочкой.

Но мастер Литл утешил его тем, что девочка приедет к нему не одна. Её гувернантка, мистрис Джулиана Холк, жившая в семье брата уже более трёх лет, выразила готовность сопровождать маленькую Беренис и остаться при ней, если на то будет согласие её опекуна.

– Мистрис Холк вполне заслуживает доверия, насколько мне удалось узнать, – добавил поверенный. – Она из обедневшего дворянского рода, и вынуждена сама зарабатывать себе на жизнь.

Он взглянул на своего клиента и увидел, что на душе у того стало немного спокойнее.

– И эта женщина имеет положительную рекомендацию с прежнего места, – добавил.

 – Она в течение четырёх лет была гувернанткой дочерей лорда Джефферсона из Бристоля.

Виконт перевёл дух. Значит это не какая-нибудь молодая попрыгунья, которых он в глаза видеть не хочет больше, а приличная женщина, с которой не будет особых хлопот.

Многоопытный мастер Литл прочёл мысли своего клиента на его подвижном и выразительном лице.

– Да, – кивнул он, – мистрис Джулиане двадцать восемь лет, и она вполне достойная особа.

Согласие, разумеется, было тут же получено, и поверенный взял на себя хлопоты по оформлению необходимых бумаг и переезду девочки в поместье дяди.

А виконт Хертфорд, крайне удручённый всеми этими новостями, отправился домой с одним желанием – как можно скорей покинуть город. Ему стало тут душно, остро захотелось в родной дом, где даже стены дают силы, и жива ещё старая няня Энн, вырастившая и его самого, и брата. Она поймёт, поддержит, согреет изболевшуюся душу. Как в детстве.