Швабские истории

Приор давал столь же ясные и полные ответы, иногда задумывался ненадолго и даже просил служку принести ему кое-какие бумаги. В результате этой длительной и очень продуктивной беседы вырисовалась картина, которая теперь, в свете недавних событий в Санкт-Галлене, показалась странной обоим.

Брат Теобальд появился в обители Райнау не так давно, немногим больше трёх лет тому назад. Он объяснил отцу настоятелю, что хочет уйти от суетного мира, не давшего ему удовлетворения в жизни, и желает служить Господу, посвятив ему все свои таланты.

И аббат, и сам приор очень скоро поняли, что невзрачный на вид мужчина обладает недюжинной силой, и надеялись, что он будет полезен в строительных работах, которые недавно затеяли для возвышения престижа обители. Ведь, несмотря на то, что построен монастырь был не так давно, как Санкт-Галлен, всего около ста лет назад, король Людовик Немецкий возвысил его до уровня имперского аббатства и тем самым дал много самостоятельности и сделал независимым от местного дворянства. Возможно, свою роль сыграло то, что здесь на протяжение более чем двадцати лет пребывал в отшельничестве прославленный ирландский монах Финтан. Но, так или иначе, эта обитель являлась любимым монастырём епископа Соломона Второго, который и стал его настоятелем. Так вот, вопреки ожиданиям, брат Теобальд не проявил усердия в строительных работах, и оказался в этом деле полным неумёхой, однако с большим подъёмом сочинял церковные гимны, поэтические строки и музыку к ним. Однако в этом как раз надобности не было. Известный на всю Швабию и даже за её пределами монах Ноткер Заика из монастыря Святого Галла делал это весьма успешно, и именно его гимны исполнялись во время служб. А написал он их великое множество, для любой службы было у него великолепное творение, которое завораживало слушателей. Сам епископ Соломон высоко ценил творческие успехи брата Ноткера и вёл с ним давнюю переписку, где они обсуждали новые творения талантливого монаха и некоторые вопросы богословия. Брата Теобальда не поддержали в его стремлении отдаться сочинительству церковных песнопений, но подталкивали к выполнению более приземлённой работы, требующей физической силы. Какое-то время он переписывал книги в скриптории, но и здесь не добился выдающихся успехов. И тогда монах попросил у аббата невозможного – перевести его в монастырь Санкт-Галлен, поближе к его кумиру Ноткеру Заике.