Анечка. Пленница доминанта

Она убежала, а через несколько минут вернулась с изумительным синим платьем, длинным, идеально подходящем для торжества. Имелись под цвет и туфли.

– Откуда ты это взяла, Инна?

– У нас тетя Света в гостях была. Все наряды оставила. В Париж поехала. Сказала: нечего в Тулу свой самовар тащить. Аня, при чем тут самовар?

– Ну так говорят, когда вещь в каком-либо место не потребуется, потому что там подобного много и везти с собой ее нет смысла.

– Поняла. Бабла у теть Светы куча. Она в Париж-то на шоппинг собиралась.

Глупо тащить туда платья. Так что надевай смело. Фигура у вас похожа, Надеюсь, все подойдет.

Платье и в самом деле село на мне великолепно. Инна неспроста выбрала его, пояснила:

– Подходит к твоим глазам. Они тоже синие.

Туфли оказались почти впору. Жали, но совсем чуток, вечер подержаться можно. Волосы я решила не укладывать, накрутила быстрой плойкой, и они волнами падали на плечи, спину и грудь.

– Какая ты красивая, Аня! – в восхищении произнесла Инга.

Я сама с трудом оторвалась от зеркала.

С таким удовольствием пялилась на свое отражение только в день свадьбы.

… В столовую мы вошли чуть позже остальных. По возникшей тишине, догадалась: мой вид шокировал всех. Зоя Семеновна ахнула. Юлия фыркнула и пообещала Инну наказать за то, что без спросу взяла чужие вещи. Кир никак меня не обозвал, Сережка предложил купить новый паспорт, где ему уже восемнадцать, и жениться на мне немедленно. Я улыбнулась и взглянула на Романа Львовича. Его реакция была самой важной.

И она превзошла все ожидания. Он просто не мог оторвать от меня глаз. Потом выдохнул:

– Прекрасно выглядите, Анна. Вы очень красивая.

Вечер прошел восхитительно. Мы лакомились, пели песни, играли в фанты. Я не удивилась, когда одному фанту было приказано пригласить на танец другого, а потом поцеловать его. Конечно же, это были Роман Львович и я. Не сомневалась: Инна смухлева и специально все подстроила. Она же включила медленную музыку и немного приглушила свет. Сероглазый вздохнул, изображая покорность.

Но мне почему-то казалось: он только рад таким заданьям для фантов. Мы закружились в танце. Его руки нежно обнимали меня за талию. Весь танец беспокоила мысль: поцелует или откажется, найдя причину. Но Роман Львович… поцеловал. Пусть едва коснулся своими губами моих. Задержался на мгновение. Я понимала: ему хочется продолжения, более чувственного и страстного. Этого же хотелось и мне. Но задание мы выполнили и нехотя оторвались друг от друга.