Продам мужа в хорошие руки

Итак кипа неоплаченных счетов на тумбочке в прихожей выбивает из колеи. Если я слягу…

На лестнице наткнулась на соседку Маринку. Та глянула и заохала:

– Олюсик, ты же мокрая насквозь, дрожишь!

– Все так, подруга, – клацала я зубами, с трудом выговаривая слова. – Есть чего от простуды?

– Есть! Водка с перцем! Сейчас примчусь, сделаю суперское лекарство для профилактики.

Дверь в квартиру мне тоже никто не открыл. Трясущимися руками с десятой попытки нащупала в сумочке ключи. Завтра же наведу порядок в своем ридикюле! Вошла в дом.

Все, как я и предполагала. Дашка ушла в виртуальный мир, пялится на любимого блогера. В наушниках. Иришка уставилась в телевизор, смотрит мультики. Чмокнула обеих по очереди, спросила:

– Ели чего?

– Ага! Чипсы и колу! – высунула одно ухо Дарья.

– И косоладку, – добавила Иришка.

Могла и не говорить. Это и так было написано, вернее, намазано на ее довольной мордашке.

– Марш умываться! – скомандовала я младшей. Старшей велела: – А ты воду поставь, хоть пельменей сварим.

Дочери нехотя встали и отправились. Одна на кухню. Другая в ванную. Я прошла в зал. Любимый попытался прикрыть ноутбук. Смешной! Сейчас начнет вешать мне лапшу на уши – мол, весь день трудился над величайшим романом… Скоро он его завершит, издатели встанут в очередь, будут драться между собой за его шедевр, предлагая несусветные гонорары. Трепло! Впрочем, врет Олег виртуозно. Целый год я верила: муж сидит на моей шее, потому что талантлив. Я сама читал его книгу, не могла оторваться.

Даже на работе похвасталась, мол, мой-то книгу пишет, чувственную, "50 оттеков серого" называется. Коллега Светка удивилась, протянула мне томик с точно таким же названием. Я прочла первые страницы и чуть не зарыдала. Оказывается, шедевр, что так усердно творил мой муж, написан американской тетенькой. Супружник просто скопировал роман и вставил в ворд, создавая видимость работы. В надежде, что я – поклонница исключительно детективного жанра, про любовь и эротику читать не стану. Надо мной неделю ржал весь офис. Я отшучивалась, но в душе было очень больно.

Нет, не могу сказать, что Олег был законченным тунеядцем. Вот уже три года как любимый уволился из школы и трудился в журнале. Внештатно. Писал в неделю по статейке за копейку. Заработанное приносил мне. Протягивал с гордостью. Кормилец!

После разоблачения с популярным эротическим романом жизнь любимого тоже приобрела мрачные оттенки, не пятьдесят, целую сотню.