Волшебник для серой мышки

Но Кирсанова эта особенная, к ней подход нужен. Девственница развратная. Какое сочетание, а?

Одноглазый сразу вздыбился, яйца вконец окаменели. Нет, моя верхняя голова не способна работать, пока нижняя в таком состоянии. А вспомним молодость! Расстегнул ширинку, схватился за член рукой. Раз-два, вверх-вниз… Чертовы красные трусики для меня как тряпка для быка на корриде. О-о-о!! Тринь! Тринь. На дисплее высветился отец.

– Да, папа.

– Как новенькая сотрудница?

– Очень даже ничего.

– Хм, не ожидал, что она тебе понравится.

Сын, ты как-то тяжело дышишь. Чем занимаешься?

– Рукописью, пап! – ответил я.

И ведь не соврал, все так и есть, моя рука на Одноглазом!

– Ладно, не забудь пообедать.

Отец отключился, я взглянул на часы. И, правда, обед. Но мне сейчас кусок в горло не полезет. Покой моим головам могла принести Эллочка.

Вышел в приемную, Кирсанова подняла на меня глаза:

– Я на обед, Кристина. Вы тоже перекусите. За углом отличное кафе.

– Спасибо!

Я на минуту замер.

Какие красивые глаза у этой Кирсановой, серые, как тучи, что затягивают небо перед грозой. "Скажи ей про глаза, скажи, может, трусы покажет! А то и за сиську потрогать даст!" – не упустил своего Питоша. Я скосил глаза на грудь Кирсановой. Под дурацкий блузкой выпирал вполне неплохой размерчик! Я облизнул вновь пересохшие губы и быстрым, уверенным (насколько позволяли каменные яйца и возбужденный Питоша) вышел из приемной. Сел в машину и через десять минут уже был у Эллочки. Мне нравилось эта девушка. Большие возможности (сиськи), заманчивая перспектива (задница), глубокая натура (заглатывает до самого корня!). В Элле было все для счастья … Питоши! Но мне этих достоинств было мало.

Эллочка встретила меня в коротеньком шелковом халатике, под которым, конечно же, не было ничего. Но Питоша почему-то не проявил привычной радости.

– У тебя красные трусы есть? – спросил я.

– Чегооо? Ну, есть!

– Надень!

Элочка непонимающе уставилась на меня синими глазками.

– Я не на русском говорю? Что-то непонятно?

– Ну… Раньше все мужчины просили меня снять трусики. Какой-то ты странный, Антон!

Все! Сколько же у тебя их было, Эллочка? А вот у Кирсановой ни одного. Черт, опять мысли возвращаются к нелепой секретарше.

Эллочка пожала хрупкими плечиками и куда-то умчалась. Я решил покурить. Достал зажигалку, но она выскользнула и отлетела под кровать. Надеюсь недалеко, двигать Эллочкин траходром не хотелось.