Ноу-хау палача (сборник)

– Почему же тогда дело передали в архив, оставив заключение, что основания для возбуждения уголовного дела отсутствуют?

– Этот вопрос уже не в моей компетенции, – сухо ответил Гелашвили. – Я свою работу выполнил: место происшествия осмотрел, улики собрал, розыскные мероприятия провел. И собственные выводы в рапорте озвучил, так что моя совесть чиста.

– И все же вы отозвались на мой звонок. Почему?

– Потому что вы – легендарный опер-«важняк», Лев Иванович Гуров. О личной встрече с вами мечтает каждый опер, – просто ответил Гелашвили.

 – Но если бы на вашем месте был кто-то другой и обратился бы ко мне насчет этого дела, я все равно пришел бы. Если честно, смерть этой девушки не дает мне спокойно спать по ночам.

– Потому что вы думаете, что ее смерть не случайна?

– И еще из-за собак, – признался Гелашвили. – Она же человек, а ее бросили здесь на съедение бездомным псам, как кусок протухшего мяса. Никто не должен умирать такой смертью.

– Это точно. Спасибо, вы мне очень помогли.

– Всегда рад, – отозвался Гелашвили.

 – Если возникнут какие-то вопросы, звоните в любое время.

Гуров ушел, а старший лейтенант остался на набережной. Облокотившись о парапет, он еще долго вглядывался в зеленоватые воды Москвы-реки, думая о девушке, нашедшей смерть в таком красивом, но оказавшимся недобрым к ней месте.

Глава 6

По мнению Крячко, с разделением обязанностей ему повезло. С капитаном Васиным он встречался не раз, и по рабочим делам, и во внерабочее время. Крячко и Васин были практически одного возраста, и тот факт, что второй застрял в капитанах, несмотря на солидный возраст, не имело, по мнению Крячко, особого значения.

Просто всякий раз, когда капитану светило повышение, он отчебучивал какую-нибудь глупость, чем лишал себя привилегии получить хотя бы майора. Поэтому когда на звонок полковника Васин ответил, что в данный момент наслаждается законным выходным в забегаловке «У Джеда», Крячко недолго думая объявил, что рад присоединиться к нему и разделить с коллегой пару кружек пива.

Бар «У Джеда» привел Стаса в полный восторг. Интерьер бара, стилизованный под ирландскую старину, поражал воображение. Даже само название впечатляло. Как сообщала табличка при входе, имя Джед в переводе с ирландского означало «копье храбрых». И копий здесь хватало: развешенные по стенам вперемешку с постерами ирландских замков, они буквально заполонили все пространство.

Васин сидел в дальнем углу бара за столиком на двоих.