Русалочка и китобой. Роман в стихах

В порыве страсти жаркой лобзает[18 - Лобзать – то же, что целовать.] шею, грудь,

Но с плеч спустить тунику не смеет хоть чуть-чуть.

Огнём горело сердце, лишь об одном просило:

Остаться навсегда с морскою девой милой…

– Ролан… – она шептала, он – щёки целовал

Солёные от слёз. – …Ах, если бы ты знал,

Как дорог мне, любимый! Мне тягостно на дне:

Во сне и наяву скучаю по тебе.

Мне море стало чуждым. …Великий Океан! —

К воде она воззвала. – Вот мой жених – Ролан.

Других я отвергаю.

Сроднились наши души отныне и навек.

Хотя в стихиях разных родились и росли,

Ты сам нас познакомил – быть вместе помоги!

Глядят они на море – вокруг лишь темнота,

Огни на китобойце. Озвучена мечта.

Запомнят её воды, но смогут ли помочь?

Не ведает сын суши, не знает моря дочь.

В горячем поцелуе слились уста двоих:

Она и он отныне – невеста и жених.

Скрепило клятву море, качнув волной вельбот.

Русалочка упала мужчине на живот,

Фонарь свалился за борт и огонёк потух.

От шалости природы им захватило дух…

Минуту неподвижен Ролан от счастья был,

А дальше понял, бедный, что голову разбил:

Ударился о банку[19 - Банка (шлюпочная) – поперечная перекладина, доска, служащая для сидения гребцов и пассажиров, а одновременно и поперечной связью для скрепления бортов.] – сиденье для гребца.

От страсти и испуга торопятся сердца.

– Ты цел, мой драгоценный? – спросила Благодать.

Без фонаря и лиц во тьме не разобрать.

Мужчина не ответил, обнял, поцеловал.

Хотя затылок голый от боли весь трещал,

Страдание сильнее, когда болит душа,

А это он потерпит, быстрее чуть дыша.

Они поднялись, сели. Неловко им чуть-чуть.

Утерян безвозвратно фонарь. Обратный путь

Ролана тёмным будет, но это – не беда,

Остался бы он в шлюпке с любимой навсегда.

Темно и лиц не видно, хоть вышла бы луна.

Спросил Финвал:

– Не страшно тебе, моя звезда?

– Нам нечего бояться, – сказала Благодать.

Спокойно ныне море. Ты, верно, хочешь спать?

– Нет, – капитан ответил. – Хочу поговорить.

Мне страшно хоть минуту с тобою упустить.

– Ну что ж, давай. О чём же спросить меня хотел?

– О жизни под водою, где твой родной удел.

– Там сумрачно, тоскливо и солнышко бледно.

Сквозь толщу вод в день ясный оно еле видно.

Нет ветра, лишь теченья, рыбёшек хоровод.

И снег не выпадает – лишь сыро круглый год.