Обвинение предъявлено Гурову

– В совершении преступления коррупционной направленности, – спокойно ответил полковник Деветьяров, старший из этого дуэта.

– Подробнее! – потребовал Петр Николаевич.

– Извините, товарищ генерал-лейтенант, но до опроса полковника Гурова никаких деталей расследования, проводимого нами, мы разглашать не будем, – так же невозмутимо отказался от объяснений безопасник.

– Я его непосредственный начальник, поэтому имею право знать, в чем обвиняют моего подчиненного, – рявкнул Орлов.

– А еще вы его близкий друг, – вставил свое слово напарник Деветьярова майор Сверчков.

– То есть я тоже под подозрением? – Генерал едва ли не просверлил взглядом этого нагловатого майора.

– Мы этого не говорили, – вместо Сверчкова ответил полковник. – Товарищ генерал-лейтенант, в этом приказе сказано все, что пока вы имеете право знать. – Деветьяров кивнул в сторону листа бумаги, который все еще лежал перед Орловым на столе.

Только после этого генерал оторвал взгляд от лица майора и посмотрел на его напарника. Полковник был абсолютно спокоен и невозмутим.

Казалось, что эмоции ему совершенно чужды.

– Хорошо. Я вызову в Главк Гурова, – сдался генерал. – Только уверяю вас в том, что вы напрасно тратите время. Я, вероятно, мог бы поверить, если бы полковника обвинили в убийстве, но в коррупции – нет. Это уже ни в какие ворота не лезет!

После этого Орлов позвонил Гурову и до его прихода не обменялся с «безопасниками» ни единым словом.

Сыщик выслушал рассказ генерала молча, ни разу не перебил его, несмотря на то что Орлов немного переборщил с ненужными подробностями и излишними эмоциями.

Гуров напряженно размышлял о том, что все это могло означать. Сыщик был абсолютно уверен, что никаких доказательств совершения им коррупционного преступления «безопасники» не найдут. Хотя бы потому, что такового он просто не совершал. Непонятно ему было одно. Кому и зачем понадобилось проведение этой липовой проверки?

Конечно, у Гурова, как и у любого более-менее успешного сыщика, были враги и завистники.

Первые в большинстве своем пребывали в преступном мире, а вторые – среди коллег, но вряд ли кому-то из них могла прийти в голову идея утроить проверку, которая абсолютно ничего УСБ не даст.

В лучшем для них случае проверяющие могли бы добиться лишь того, чтобы полковник был временно отстранен от исполнения своих обязанностей. Но ведь это вряд ли кому-то нужно. Единственное дело, над которым он сейчас работал, – махинации со счетами трастового фонда «Меркурий».