Мрачные сказочки Гренлока

Впрочем, я не стала огорчаться, а только сжала кулаки так, что новенький маникюр вонзился мне в ладони, о чем я не подала вида, и, сделав коварно-злобное лицо, вознамерилась вернуться в свою комнату для продумывания плана мести. Выйдя из визирной, я прошла по коридору мимо кабинета с лабораторными животными, в которой обычно зависал Айко. Как ни в чем ни бывало, будто и не было тут никакого шума и гама, произведенного учинцу, он ковырялся во внутренностях очередной распятой на столике крысо-ящерицы. Не поворачиваясь ко мне, он безэмоционально поинтересовался:

– Ты закончила?

Я остановилась.

Фуф врезался мне в лодыжку, оцарапав щетиной голую кожу. Я хихикнула от возникшей вследствие этого щекотки. Айко медленно повернулся, осмотрев меня с ног до головы. На лицо ему упала волнистая черная прядь. Я всегда считала его привлекательным, но этот его невероятный снобизм и полная закрытость не оставляли мне и шанса на ковыряние в его сущности – а ведь это мое любимое занятие, по психомагилогии у меня всегда были отличные оценки!

Айко был смугл, у него были черно-карие большие глаза, смотревшие флегматично и подозрительно, будто он знает все-все твои постыдные мыслишки и даже то, что мое воображение всегда рисовало его этаким мартиратийским воином с далекого востока, не будь он настолько замкнутым и неподвижным.

Иногда он отращивал короткие усы и бородку и становился вылитым пиратом, но и без этого он умел производить опасное впечатление одним только своим проникновенным взглядом. Волосы он всегда собирал в пучок на затылке. В общем, Айко повернулся ко мне и, закончив свой беглый осмотр, спросил:

– Я могу выключать визир?

– Так его уже того… выключили…

Тут я снова немного испугалась, потому что бровь Айко дернулась и сделала опасный вираж, так что я кинулась наутек, спасая свою сущность и предоставив ему самому разбираться с последствиями.

– Это не я, это Лилинда! – выкрикнула я напоследок.

Ну, а что? Пусть ей тоже достанется. Мести Айко, при всей его загадочности, я бы опасалась куда больше, чем учинцу.

Сказочка вторая, в которой Зелин проводит максимально научное разграничение между котами и китами

Я старательно щурила глаза и скребла пальцем по бумаге – как будто это могло помочь мне разобраться в корявейшем почерке нумы Антинуйи Благоухающей. Вам должно быть смешно, а человек, между прочим, живет с таким именем! Хотя за спиной мы, разумеется, звали ее У?хающей и иногда Бу?хающей.