Очень выгодное убийство

– Лена, принеси господину кофе, пожалуйста, – крикнула Морозова в направлении кухни. – А мне – апельсиновый сок. Только без мякоти, прошу еще раз! – и, повернувшись к Гурову, спросила: – Так чем я вас заинтересовала?

Он внимательно посмотрел на женщину. Выглядела Морозова моложе своих лет – на 40, не больше. Употребляла минимум косметики, словно подчеркивая этим естественную привлекательность лица. Взгляд у нее был слегка ироничный и немного пресыщенный, словно визиты следователей к ней домой стали каждодневной рутиной.

– Вы знакомы с Вячеславом Челноковым? – вместо ответа поинтересовался Лев.

Выражение лица Морозовой мгновенно изменилось. За секунду на нем промелькнули ненависть, брезгливость, высокомерие и презрение. Затем ироничность вновь вернулась к ней, и на вопрос Гурова Анна ответила почти спокойно:

– Я понимаю, что о мертвых нужно говорить либо хорошо, либо ничего, но этого мерзавца я не знала. Точнее, лично не была знакома. А вот его пасквили читать доводилось.

– За что конкретно?

– За то, что каждый из них счел себя обязанным показывать мне статьи этого борзописца при каждом удобном случае, – фыркнула Морозова. – За то, что кто-то из них помогал Челнокову копать под меня. А еще за то, что содержание этих статей тут же становилось известно всем, кто меня окружает. В общем, есть за что всех поблагодарить…

– А откуда вы узнали о смерти Челнокова?

– Господи, да отовсюду! – рассмеялась Анна.

В этот момент домработница Морозовой принесла кофе. Она оказалась немолодой, но все еще привлекательной женщиной, слегка склонной к полноте. Двигалась по дому Елена почти бесшумно и также неслышно поставила поднос с чашкой кофе и стаканом апельсинового сока на журнальный столик. Ни на сыщика, ни на свою работодательницу она при этом не посмотрела и удалилась так же бесшумно, как пришла.

– Я смотрю, вы служебными обязанностями не слишком утомлены, – заметил Лев и отхлебнул действительно очень хороший кофе.

– И вы туда же? – скривилась Морозова. – Сегодня в Думе плановых заседаний нет. Из комитета по федеральному устройству меня из-за этого козла выгнали, а бизнесом я не занимаюсь. По статусу не положено. Так что до 25 декабря я абсолютно свободна. А потом и до 14 января. Зимние каникулы, так сказать.