Новое Поколение. Книга Первая, или Искушения и месть

Она унаследовала пепельно-каштановые кудряшки матери, делавшие её похожей на ягнёнка и выразительные глаза усиливали это сходство.

Роза долго зачёсывала волосы то в одну сторону, то на другую, то на прямой пробор.

Совершенно расстроенная, она приколола привычный пышный бант, но тут же сорвала. «Что я, бебичка, что ли?»

Она спустилась в кухню.

Тут уже собралась вся семья, кроме старшего – Джорджа, который ушёл со своим гувернёром, как всегда по субботам, в синагогу.

Её младшая сестрёнка, удивительно похожая на Мэри Чёрнсын, сидела, хорошенькая, совершенно, как куколка, даже дома одетая в кружевное платице.

Она аккуратно ела фруктовый салат, осторожно вынимая вилкой кусок-за-кусочком.

– Ну, моя гулёна! – Рон обнял Розочку. – Как спалось?

– Пап, покрась мне волосы в синий цвет… – начала было Роза, но её братья дружно расхохотались.

– Мардж Симпсон! Мардж Симпсон! – скандировали они, продолжая толкаться и пощипывать друг-друга. Черноволосые, с намечающимися ``клювиками``, они напоминали воронят.

Роза почувствовала подступающие слёзы и отошла насыпать хлопья или колечки сухого завтрака.

«Надо худеть…» напомнила она себе, проверяя калорийность на пачках. «Ох, нет…»

Она ненавидела пресные овсяные колечки, но решительно насыпала себе, залила молоком и села на своё место.

Тут же один из братьев запустил в неё шариком из хлеба.

– В неё вы почему-то не кидаете! – окрысилась на них Роза.

– Ты – уродина, – спокойно заявил один, а другой показал ей язык.

– Прекратить! – вмешалась Софи.

Она следила, как ест маленький Глеб. Темноволосый и черноглазый, он деловито орудовал ложечкой, но взглянул на Розу, захныкал и потянулся к матери.

– Мамочку люблю, мамочку люблю! – стонал он, и женщина взяла его на руки.

– Это он – специально! – злобно выкрикнула Роза.

– Не придумывай! – возразила мать.

– Ты мой путусенька-тампупусенька! – Софи тискала сына. – Хочешь титечку?

Роза нахмурилась и запихала в рот ложку завтрака.

Она мужественно пыталась жевать, но поперхнулась от отвращения.

Молоко попало ей в нос, девочка закашлялась, чихнула, невольно фыркнув, заплакала и кинулась прочь из кухни, преследуемая хохотом двойняшек.

* * * * *

Рон вошёл в комнаты дочери, прошёл в её игровую.

Розочка сидела на полу возле своего игрушечного полицейского участка.

Фигурки, заряженные магией, двигались, как живые, а она держала в руке пластиковую куклу и говорила за неё.