Трилогия «Вишнёвка». Сборник романов

Они вроде как просто «тусовались», кто сидел, кто курил, они даже не смотрели в их сторону, но вспомнив, как он боролся с Юриком там, во дворе, Глеб прикинул, хватит ли у него и физических сил и Энергетики, если они накинутся на него все, скопом.

«Вот стыдоба будет, если ребят придется на подмогу звать.» Он ухмыльнулся от этой мысли.

Достав рацию, он послал код: «Не вмешиваться ни при каких обстоятельствах.»

– Что, начальнику своему отчитываетесь? – ехидно поинтересовался молодой человек.

Не отвечая, Глеб убрал рацию, а сам выложил на лист газеты принесённый им «закусон» и передал одну из бутылок Юре.

Тот поставил её рядом с собой.

– Ну и г**нюк ваш начальничек-то, – Юрка покачал головой. – Я щас посидел тут, остыл маленько, подумал – об такого даже руки марать неохота.

– Да я сам знаю, что он м*д*, – искренне ответил Глеб, закуривая. Он протянул молодому человеку начатую пачку. – Вроде твои любимые?

– Любимые? – восхищённо воскликнул Юрка, беря сигареты. – Да я только раз в жизни и попробовал! С тех пор даже и не мечтал…

– Ну, так возьми, – Орлов передал ему нераскупоренный блок.

 – Ребят угостишь. И скажи ты им то же самое, что и мне сейчас! Не тронь г** – вонять не будет! Трепло он и провокатор, а так – как ужак безобидный.

– Да? – Юрик хмыкнул. – Я тут сено Бурюшке нашей ложил, так тама змей чёрный полз. Огромный. Не стал я разбираться, гадюка он или как – поддел вилами, да в навозник!

Глеб только глаза закатил. – Да ты знаешь, какие у него связи?

– Догадываюсь.

Но у нас здесь свои правила. А со стороны сунутся – разговор короткий – ушёл, мол, в лес. С миноискателем не найдут.

– Если б это было так просто… – пробормотал Орлов. – Ребята, ну разбирайтесь со мной, если что. Я привёз его – мне и отвечать!

– А что вы так за него грудью стоите?

– Ты б ТАМ, командира своего не закрыл бы? Контракт у меня с ним, ясно тебе?

– Ясно, – отозвался Юрка угрюмо, прихлёбывая из принесённой бутылки. – Вот почему я и не остался, хоть мне и предлагали.

Мать и так, когда я целым вернулся, неделю токо и рыдала, всё плакала, хваталась, перед людьми стыдно было. И крови на руках моих нет! А вон Степан-то, бабка Фрося говорит, до сих пор ночами вскрикивает. А ведь всего на три года раньше призвали. А чё вы ему протез-то привезли? Вы ж вовсе и не дружили особо?

– А это-то как всплыло? – изумился Орлов. – По пьяни проболтался?

– Да тут и дурак бы догадался! Вы как раз обьявились.