Трилогия «Вишнёвка». Сборник романов

– Его отослали на нижний уровень. А туда даже ты, до того, как покаялся, не попал бы – недостаточно грехов… Но, «вернёмся к нашим баранам», вернее к овце твоей. Ты ж такой дамский угодник, как же ты мог такое МАТЕРИ ляпнуть! Теперь иди к ней, прощение вымаливай. – Он протянул Альберто бумагу. – Увольнительная на двое суток. Захвати цветы, ну, конфеты, как всегда…

– Да нет, это слишком примитивно… – пробормотал тот, а Орлов просто замер.

«Вот именно это и имела в виду Джина, упрекая меня…»

– Кажется знаю! – Альберто сверкнул радостной улыбкой.

– Я не скатился ещё до того, чтобы с шофёрами перепихиваться! – бросил Глеб, следя за реакцией охранника.

Глаза Альберто сузились, а губы приоткрылись, как оскал.

– На Хозяйку со мной намекаете? – произнёс он еле слышно. – Если вы ещё хоть раз себе позволите оскорбить Её – я вас ударю. Вы видели – я не боюсь вас даже в вашей настоящей форме.

– Ты всегда был смелым парнем, – Орлов отозвался спокойно.

Альберто кивнул и вышел, а Глеб долго смотрел на раздавленные сигареты, потом провёл рукою над ними, и они исчезли.

* * * * *

Люси уже укладывалась спать, когда она услышала звонок в дверь.

Подойдя, она заглянула в глазок.

От усталости, или постоянных мысли о Марке, ей в первую секунду показалось, что это – её сын.

Но тут же она поняла – это мордочка какого-то зверька!

Она распахнула дверь и удивилась не столько мужу, сколь тому странному котёнку, что он протягивал ей.

Маленький, жалобно мяукающий, буровато коричневый.

«Что Альберто постриг его?» подумала Люси, но, взяв котёнка на руки, почувствовала нежную, как каракуль шёрстку. Горячее, гибкое тельце, словно у человеческого младенца, всколыхнуло её материнские чувства.

Но что поразило женщину больше всего – так это его носик! Она даже никогда представить себе не могла, что кошки бывают горбоносыми.

– Как у Марка… – прошептала она, проводя по его мордочке, а котёнок мурлыкал и ласкался к ней.

– Корниш-рекс! – Альберто подмигнул. – Как тебе?

– Чудо! – Она прижала зверюшку к себе, растворяясь в чувстве такого немыслимого счастья, какого она давно уже не испытывала.

Она прошла в салон, и Альберто вошёл в квартиру и аккуратно закрыл за собою дверь.

* * * * *

Два коротких дня с Альберто пролетели, как две секунды.

Не Люси же отгул дали.