Судьба Вишнёвки

Франсин сидела с виду совершенно спокойно, но они оба прекрасно знали, как она ненавидит его. И из-за Джерри, и из-за Мэри, а теперь ещё из-за Глеба.

– Я не могу врать, – заговорил он раздражённо. – Но в данном случае и обманывать не собираюсь. Я год оплачивал и терпел рядом с собой, у себя в доме, этого, в прямом смысле, недоноска. Я очень рад, что избавился от него. А вот Мэри переживает. Ты рада?

– Нет, – ответила Франсин, не блокируясь. – Я ей ноги готова целовать за её благородство. Что вы ещё от меня хотите?

– Чтобы ты помнила! – У него глаза сверкнули жёлтым огнём.

– Я – больше не Бренда!

Женщина вышла из-за стола и крутанулась вокруг себя, показывая, демонстрируя себя со всех сторон.

Строгое бизнес-платье чуть ниже колен. Тёмно-русые волосы до плеч; аккуратная, даже ``прилизанная`` причёска.

– Впечатляет. – тем же ледяным тоном отозвался Артур. Молча поднялся и вышел, а консультант снова зашёл в кабинет.

* * * * *

Глеб чувствовал не просто дискомфорт-``ломку``, весь рабочий день, но не мог позволить себе извести столько Энергетики, чтобы полностью прочистить организм, просто изнывающий от желания ``опохмелиться``.

«Ничего, выдержу,» надеялся Орлов. «Вон, не курю же уже… О! Ровно двести часов…»

Он уже направился к лифту, когда поступил сигнал от Мэри Чёрнсын; «Зайди ко мне.»

* * * * *

Секретарь Мэри уже ушла, и Орлов вошёл в её кабинет без доклада.

Когда он увидел её; такую маленькую, кругленькую, аппетитную, как плюшка, всю переполненную жизненными соками, словно наливное яблочко, он, наконец, перестал ощущать мучительное желание выпить.

Теперь его заглушало совсем другое…

А она холодно взглянула на него, стоя перед своим рабочим столом.

– Отпраздновал, Глебушка? – поинтересовалась Мэри на русском. – ``Что ж ты пьёшь, мой конь ретивый?``

– Два бокала шампанского! – огрызнулся он.

Оба уставились на бутылку вишнёвого коньяка в его руке.

Он почувствовал какое-то движение, а когда открыл глаза – Мэри стояла ногами на кресле посетителей, выбирая из его волос рисинки и отдельные конфетти.

Её пиджак был расстёгнут, и грудь женщины находилась сейчас как раз на уровне его лица.

Её формы всегда сводили его с ума, а сейчас её естественный запах уже чувствовался, не перебивая, а вплетаясь в нежный парфюм с ароматом ландыша и жасмина.