Судьба Вишнёвки

Давай, мама разденет?

Но малыш только стонал, цепляясь за мужчину.

– Глеб… – изумилась Франсин, видя мужа, тоже входящего в комнату.

Услышав это имя, Дэн вырвался и, так же хныча, подбежал к Орлову.

Тот, присев на корточки, решительно остановил его.

– А ну, прекратить сопли-вопли! – сердито приказал Глеб. – Ты мужик или кто?

– Он же маленький! – Франсин кинулась к ним, но мальчик с криком: «Н'Тьёж, бять!» ударил её несколько раз, злобно и не по-детски сильно.

Женщина растерялась, а Глеб схватил малыша за плечики.

– Прекратить! – Он слегка встряхнул мальчика, и женщина едва сдержалась, чтобы не вступиться. – Нельзя дамочек бить!

Малыш смотрел исподлобья; длинный, с горбинкой носик и мрачно поблёскивающие глазки делали его похожим на воронёнка.

Но он уже не плакал, и Орлов поднял его на руки. Bзглянул на Франсин.

– Ты же сказал, что поздно приедешь… – пробормотала она.

– Меня Хозяйка отпустила! – произнёс он с невольным восхищением. – Вот ты с ней цапаешься, а ведь Она сама позвонила! Поезжай, говорит, с Дэном поможешь…

«Да,» Франсин думала злобно, тщательно блокируясь.

Они все прошли на кухню. Глеб посадил Даниеля в стульчик, протёр ему ручки тёплой влажной салфеткой.

– Сейчас нам мама даст покушать! – заявил он тоном, не допускающим возражений.

Он сел по другую сторону стола, напротив сына, и Франсин торопливо подала его ужин, приготовленный домработницей.

Не глядя на мать, малыш взял детскую вилочку и возил по тарелке, а женщина, зачерпнув ложечку, аккуратно поднесла к его плотно сжатым бесцветным губкам.

Дэн покосился на Глеба (тот ел с видимым удовольствием) и покорно открыл ротик. Невозможно было понять, нравится ему или нет, но он ел.

Хоть и неохотно, но ел и даже сделал пару глотков молока. Покусывая губы, чтобы не расплакаться, Франсин возилась с сыном.

Она чувствовала пристальный взгляд Глеба и думала: «Всё стерплю, всё прощу. Ничего, как сказал Рон, только бы выходить его… А там видно будет…»

* * * * *

На утренней планёрке Глеб не сразу понял, что происходит. Офицеры шушукались, женщины даже позволяли себе хихикать.

– Тихо! – Орлов постучал ручкой по столу и сам невольно рассмеялся. – По какому поводу такое веселье?

– Приглашенья получили! – пискнула одна из офицеров.